– Есть такое, – согласился мужчина.
– Да, и не только нас, но и этот мир тоже. И в ответе за это тот, кто в данный момент смотрит страшный кошмар и не скоро еще из него выберется. Так что, даже не знаю, что лучше. Две минуты боли от насилия или месяцы кошмарной боли от содеянного.
– Жестоко ты его. Заслужил он, правда, – нахмурился мужчина, мыслью считывая образы в ее памяти.
Он увидел и то, что печать решила выбрать изнасилование способом разрушения их связи. Хотя способов было и других предостаточно. Если захотеть рассорить двух людей всерьез, можно много чего придумать. Мужчина начинал злится на Аграэса.
– Давай кое-что проверим? – предложила ему Анэя, перебив в нем нарастающее желание устроить разборки с богом.
– Что? – начал спрашивать Заэр, но осекся, он, итак, понял, что было нужно.
Мужчина отошел от девушки подальше, и они несколько минут пилили друг друга пристальными взглядами.
– Не работает по ходу на расстоянии то, – закончил подводить итог Заэр.
– Не работает, – повторила девушка. – Слушай, а давай сегодня вместе поспим, а? Пока мы тут сидели, в твоей голове плавали обрывки знаний. Будет лучше, если я хоть немного обучусь, используя тебя. Тебе почти шестьдесят лет, ты ведь много чего слышал и видел за это время.
Мужчина потер переносицу, эта мысль ему явно была не по духу. Он боялся, что он может проявить на девушку свою мужскую реакцию и это ее может обидеть или огорчить. Если он будет напрягаться, уводя мысли в подсчитывание баранов или облачков, то и обучение будет без пользы для нее. Он даже не обратил внимания на то, что она прибавила ему лет, сказав, что ему почти шестьдесят.
– Эй, дружочек мой! – Анэя щелкала пальцами в воздухе. – Прием! Хватит уже стеснятся. Аграэс сказал, что я лекарша, видимо типа целителя здешнего была, а лекари знают мужскую физиологию. Учитывая твои ко мне… местами весьма «возвышенные» чувства, справлюсь как-нибудь с твоей эрекцией.
«Странное слово, откуда я его знаю?» – подумала про себя Анэя.
– Я в конце концов тоже не невинное дитя, у меня муж был! – гордо сказала она. – Смотри, как бы ты от стеснения не сбежал уже в первые минуты. По моим воспоминаниям, мы были теми еще экспериментаторами. Так что давай, не дрейфь! Вместе спать будем. Если кто и увидит, скажем, что замерзли. Или вообще ничего не скажем! Имеем право, у нас связь все-таки, а не ерунда какая!
– Ну, если ты уверена, то ладно, – нехотя согласился Заэр. – Попробуем, но, если что я уйду к себе.
– Так я тебя не зову на свою койку то! – расхохоталась девушка. – Твоя то больше, вот на ней и будем изучать знания и приобретать опыт.
– Не смешно! – покраснел до кончиков ушей Заэр и вышел во двор.
Ему срочно нужно было успокоиться и придумать способ, как безопаснее все провернуть. «Может лежать спинами?» – думал он. Какая разница, как прикасаться друг к другу, если связь работала через прикосновения. Он не хотел, чтобы она видела его мысли о ней.
Анэя была удивительно хороша, когда улыбалась или ее глаза горели очередной безумной идеей. Как она отреагирует на то, что он наблюдает за ней и любуется. Вдруг это обидит ее или она не захочет его вообще видеть? Вдруг посчитает, что он торопит ее?
– Все страхи перечислил? – раздалось сзади и кто-то крепко схватил его руку и сразу же обнял его со спины.
Заэр хотел вырваться, но Анэя мгновенно повисла на его шее и обвила его руками и ногами со всей силы, а потом у него в голове прозвенел дивный смех. Аня явно издевалась над ним. Он попытался сбросить ее с себя, но она была словно клещ и смех в голове стал еще громче. В итоге он запнулся и чуть было не упал, весь красный и смущенный, не зная, где его мысли, а где ее и что вообще сейчас происходит.
– Пластырь отдирают быстро, пациент! – насмехалась над ним девушка. – А кто-то еще десять минут назад искал способ наказать самого себя. Даже скалку предлагал. Что? Все? Больше не хочешь чего-нибудь такого? Этакого!
– Ань! – задыхался Заэр. – Что это? Что в твоей голове? Ты меня пугаешь, честное слово! Это вы так с мужем что ли делали? Я чувствую себя твоим мужем!
Заэр был красный, как вареный рак и быстро побежал в дом, скрываясь от любопытных взглядов соседей. Аня делилась с ним такими дикими воспоминаниями о своей супружеской жизни, что ему было нереально стыдно это все смотреть. И стыдно делать тоже. Его дыхание стало рваным, он был мужем Ани в этих образах и то, что происходило между ними вызывало в нем какие-то бешеные ощущения, от которых он почувствовал, что его штаны стали мокрыми. Аня слезла с него и отошла.