– Понял теперь? – сказала она ему ласково. – Не мне бояться таких мыслей! Так что готовься. Я приду к тебе перед сном.
Заэр ошарашенно постоял немного и ушел мыться в баню. Ему была кристально чисто понятна одна вещь – он совершенно не знал эту девушку.
– Кто ты вообще? – спросил он сам себя и направился в холодную баню.
Глава 11.
Сущности здесь.
Вечером к ним в гости заглянула Ваэлма. Она была счастливее, чем обычно и все время держала дочку за руку. Заэр и Анэя строго следили за своими мыслями и на всякий случай гасили сильные эмоции, так как уже поняли, что девочка еще не совсем искусна в применении своей Силы и может ясно читать только тех, кто испытывает сильные чувства или переживания. Единственное сильное чувство, которое никак не хотело гаситься внутри Заэра – был стыд. Камэя не сводила с него взгляда и уже перед самым уходом обернулась и сказала:
– Хорошо, что тебе стыдно. Нечего Анэю обижать.
Заэр был доволен лишь тем, что девочка по-своему трактовала его стыд, думая, что он раскаивается за содеянное, хотя после очередного внезапного сеанса связи с Аней, когда она догнала его во дворе, воспользовавшись своим маленьким ростом и укрытиями в виде сараев, чувство вины за содеянное окончательно его покинуло. Анэя откровенно забавлялась, находя ему особо пикантные подробности своих единственных воспоминаний о прошлой жизни, а он еще раз сходил в баню и сменил штаны на те, что еще не успели высохнуть на веревке. Штанов у него было двое: домашние и на праздник.
– Молодец! Хорошо мыслеобразы укрывал. Барашков считал или облачка? – улыбаясь интересовалась девушка, когда Ваэлма ушла с дочкой после того, как они вчетвером приняли ряд решений.
– Ха, ха! Очень смешно. Мне кажется, еще парочка таких вот … фильмов, такое слово ты думала. В общем я тебя начну избегать, поняла? – бубнил недовольно Заэр.
– Брось! Неужели бы ты предпочел носить в клювике мне рыбку с базара? – дула свои очаровательные губки девушка.
Она знала, как влияет на него и откровенно этим пользовалась. Мужчина сглотнул и сосредоточился.
– Может уйти ночевать к старосте?
– А может мы пойдем в постельку? – приподняв брови, спросила Анэя. – Пораньше пойдем, ааа?
Заэр еще раз сглотнул и не желая снова менять штаны, выбежал из дома, решив пойти по делам.
– Вот и пойду к старосте, – решил он.
Пока он гневно вышагивал до калитки, вслед ему донесся дикий хохот молодой и как оказалось, невероятно страстной девушки.
Староста был против переезда в горы. Даже то, что к северо-востоку от них было большое горное поселение, в котором жил их правитель и в котором можно было на первое время попросить убежища не смогло убедить Мэрана принять это решение. Искать другого для метки Агилэ он тоже отказался, но обещал подумать над обоими предложениями пришедшего в гости встрепанного мужчины. Выглядел Заэр так, будто его гоняла сварливая жена по двору со скалкой за его проступки с соседкой. На вопрос «Что стряслось?» Заэр лишь махнул обреченно рукой и поспешил начать разговор о важном.
Вернувшись поздно вечером домой, он увидел, как Анэя крепко спит в его кровати, раскинувшись звездочкой. Безопасно лечь бы не вышло, чтобы ее не разбудить, поэтому он ушел в ее комнату и подпер тихонько дверь стулом.
«От греха подальше!» – важно постановил для себя мужчина и заснул крепким сном, который случается у многих молодых мужей во время медового месяца. Только вот мужем этот мужчина был лишь в тех мыслеобразах о прошлой жизни девушки и это ему не очень нравилось.
Утро началось с радостных угроз Анэи в ответ на которые Заэр начал уже смелее подбирать колкие необидные шпильки в ее адрес и сказал, что им лучше тренироваться еще и «запуская Силу» друг в друга, а не только заставляя его одного тренировать руки, стирая штаны. Смеялись они уже вместе. Здоровый юмор и легкий нрав делал их общение весьма интересным.
Следующие пять дней они провели в постоянных тренировках разного рода. Они сходили за банками на холм, чтобы забрать оставленную силу, но банок там не оказалось. Гадать, что случилось они долго не стали, но решили быть осторожнее. У них обоих после возвращения зудело странное ощущение того, что за ними изредка наблюдают и это явно были не соседи. Вопрос – почему не возвращался за преступником почтенный мэйс Леон Гэл, тоже не находил своего ответа.