– Естественно, никто не скажет вам, что появляется раньше. Сам цвет или намерение человека быть тем или иным? Метка Агилэ, к примеру, носит чистый зеленый, который если распадется, даст в себе контроль над волей – синий и самопожертвование – желтый.
– А мой цвет что? – вклинилась девочка, но Дарэн и ухом не повел на то, что она перебила его речь.
– Если вглядеться в фиолетовый Камэи, мы поймем, что она носит силу и контроль. Через атаку красного она может преодолевать ментальные барьеры и читать чужие мысли. Если бы среди нас был чистый синий, Камэя бы потерпела неудачу.
Наемник выразительно посмотрел на девочку и в этот момент его спутникам показалось, что он улыбнулся. Им подумалось, что он и был тем самым синим магом.
– Даже слабый синий ограничивал бы ее силу атаки, – продолжил наемник. – Менталисты по своей Сути атакующие. Внедрение в чужую голову, что может быть лучшей атакой? Твоя мать была права, девочка. В таком возрасте тебя бы просто опасно было держать рядом. Детей даже со слабым фиолетовым часто забирали из семей малыми детьми. Если их не обучить истинному контролю и не направить их дар в нужное русло, они могут разрушить многие жизни, просто играя на человеческих слабостях.
– Вы один из синих! – Камэя подняла палец вверх.
– Все возможно, – нейтрально ответил Дарэн.
– Сколько вам на самом деле лет?
– Много, – произнес наемник.
– Сколько много?
– Много-много.
– Расскажите про Заэра! – Камэя явно увлеклась допросом.
– Если взять прошлого Заэра, – наемник выделил слово «прошлого» – И его смесь красного и оранжевого, то мы получим сильного атакующего мага. Насыщенный оранжевый – это тот же красный разбавленный желтым. Желтый для Заэра был изменением и самопожертвованием. Плюс сила и атака. Редко, кто сможет устоять перед его напором. Красно-оранжевые просто мастера завоеваний и разрушений. В том числе и сердец, – наемник внезапно замолчал.
«Наверное решил, что с нас уже достаточно» – подумала Анэя.
Каждый из троих приметил то, что Дарэн уклонился от того, чтобы обозначить свой цвет и возраст, но наседать с расспросами они не стали, уважая его желание. Заэру все же захотелось уточнить кое-что, пока была возможность.
– Твой плащ темно синий, означает ли это, что его создали маги контроля? – задал он свой вопрос.
– Верно.
– Тогда пространственные банки тоже их рук дело? – продолжал расспрос мужчина.
– Точно так. Как они, кстати, оказались у тебя, да еще и в таком количестве? – наемник впервые сам поинтересовался чем-либо.
– Нашел в торговом обозе в ущелье Вэйморона. Я часто ходил исследовать такие места, вроде торговых путей, а потом перепродавал то, что находил. Так выживал, когда запретили рыбачить, – сказал Заэр. – Несколько вот себе оставил.
– Почему я не хочу пить или есть? – несмело решила уточнить свои догадки Анэя.
– Ты и сама уже поняла, – своим прежним низким монотонным голосом отвечал ей наемник. – Используешь Силу, будешь хотеть пить и есть. Практикующие маги – те еще проглоты. В академии прием пищи был пять раз в день. Если же Сила в покое, она расходуется на поддержание тела.
Теперь они поняли, почему он заставлял сливать их Силу перед тренировками. Дарэн намеренно делал акцент на их теле, лишая их возможности помогать себе Силой.
– Сколько могло быть в одном маге цветов? Какой предел?
– Не могу сказать. Все, что можно увидеть магическим зрением – это цветная дымка вокруг тела, но не у всех есть такие способности. Лучше всех видели спектр менталисты и лекари. Хватит разговоров на сегодня. Вы должны потренироваться, – внезапно сменил тему наемник.
Анэю передернуло от ощущения, что сейчас их будут особо испытывать, ведь у них был большой промежуток времени для отдыха. Заэр тяжело вздохнул и немедля стал доставать из рюкзака банки, протягивая самые большие Анэе. Они быстро освободили свои тела от Силы, слив из магических каналов почти весь цвет и минут через пять приступили к тренировке.