– Что это сейчас было? – спросила я и меня вырвало грязью, которая, выйдя из меня исчезла в воздухе. Спазм я стерпела стоя и даже не стала садиться.
– Не нравится мне это, – хмурился Заэр поддерживая меня. – Вдруг она ушла звать подмогу?
– А вот мне нравится. Становиться все легче переваривать их или это просто какие-то не такие сущности? Северяне они что ли? Южные были особо отравленные и ядовитые.
– Или ты становишься сильнее, Ань, – начал мой спутник. – Послушай. Мне кажется, что мы упускаем что-то важное. Все эти иониты. Сущность, которая не стала приближаться к нам. Я считаю, что нам лучше сделать привал. И я думаю, что нужно отыскать безопасное место чтобы…
– Заэр, ты уверен? Я не смогу по своему желанию выйти из осознанного сна, если начала его самостоятельно. Пока ко мне не придет ясное понимание, я буду спать. Тебе нельзя будет прикасаться ко мне, чтобы не прервать меня, принудительно вырвав из сна и повредив процессу. Что может случиться, если я глубоко и надолго погружусь, а на тебя нападут? На сколько тогда хватит твоей, пусть даже непревзойденной защиты. Я не могу тобой рисковать. Прости. Давай лучше доберемся до северных гор? Там я могу спокойно погрузить себя в разговор с Дитеррой и понять, что происходит.
– Хорошо, так и быть, – согласился друг. – Давай пока помогу очиститься.
– Помоги, – кивнула я.
Весь следующий месяц мы шли, немного изменив маршрут. Нам стали реже встречаться большие стаи сущностей и еще пару раз попались две странные особи, которых не влекла моя светлая Сила. Когда мы добрались до первой северной горы, на вершине которой лежала снежная шапка, то обмывшись в горячем источнике неподалеку и приведя себя в порядок, начали планировать дальнейшие действия.
– И ты не будешь рисковать, понял? – раздавала я указания Заэру во время нашего планирования.
– Не буду, тревожная моя, – улыбался он. – Пошли? Поднимемся так, чтобы точно быть в безопасности, может поймаем кого-нибудь на ужин. Потом я буду ждать, когда ты проснешься.
– Хорошо, – согласилась я и мы выдвинулись дальше, поднимаясь по склону.
Освоив для стоянки уклон горы под небольшим градусом, мы расположились, застелив землю нашим походным покрывалом, и я села прямо, скрестив ноги и выравнивая дыхание. Я погружалась в сон, чувствуя, что соскучилась по разговорам с миром, ведь он давно не выходил со мной на связь и это было неожиданно, ведь он всегда отзывался мне, как ребенок, желая рассказать маме, что видел.
В последний месяц я не могла с ним связаться ни разу. Может он посчитал, что мне уже хватит полученных знаний? Или просто болезнь напомнила ему о себе? Гадать не хотелось. Я потянула связь браслета и полностью растворилась сознанием внутри сонной пустоты. Уже довольно долго я звала мир, но вокруг была тишина. Что произошло такого, что даже наша с ним связь не работала? Впервые я видела абсолютно пустой божественный сон, в котором была только я сама.
– Не пытайся даже! – гневный голос окликнул меня издалека. – Я пока еще истинный хозяин этого мира и волен приказывать и повелевать! Мир не станет с тобой общаться. Я внял твоему кошмарному обучению и немного познал его, запретив отвечать тебе. Имею на это полное право. Наши силы с тобой несравнимы, не пытайся даже, у тебя ничего не выйдет!
Да, я пыталась сейчас противостоять Аграэсу, который видимо проник в мой сон, придя в него вместо самого мира. По-хозяйски, так сказать, пришел, чтоб знала, кто тут главный и всем заправляющий.
– Попытаться стоило, – спокойно ответила я.
– Наглеешь не по годам, я смотрю. Стала похожа на ведьму.
– Сочту это за комплимент, – не удержалась я.
– Есть успехи? Как продвигается очищение?
Аграэс старался говорить нейтрально, но я видела его помыслы. Он еле сдерживался, как часто до определенного момента сдерживаются многие начальники, если недовольны работником на производстве. Все же именно Аграэс тут был работодателем и имел право требовать отчета. Если бы не договор, меня скорее всего давно бы уволили с занимаемой должности, а может и саму должность бы убрали за ненадобностью, даже если бы и самому начальнику это могло бы принести убытки.