– Мне так жаль, что природа сильно пострадала от этой грязи, – сказала я с горечью.
– И мне, – Заэр разделял мои чувства.
Мы еще два часа ходили по пустынным улицам, заглядывая в дома, если оттуда слышались голоса ионитов и теперь возвращаясь к нашему месту стоянки. Я все еще несла в руках чистейший желтый ионит. От него шло необычайное тепло и покой.
– Наверно, тут было красивейшее место на Дитерре, – я рассматривала окресности поселения.
– И не говори. Хотелось бы увидеть это место в прежние его времена, – соглашался со мной Заэр, пока мы беседовали, приближаясь к месту нашей стоянки.
– Возможно вы сможете увидеть его былое великолепие, а возможно и нет. Зависит от того, пойдете ли вы до самого конца.
Мы оба сильно вздрогнули и обернулись на звук чьего-то голоса. Прямо перед нами сейчас стоял высокий светлокожий златовласый мужчина с удивительными яркими синими глазами. Мы оба с Заэром узнали его.
– Это же тот спящий красавец из усыпальницы, – с благоговейным ужасом прошептала я и схватила одной рукой друга для связи.
– Вижу, вы нашли Милию. Остались еще двое, – спокойным и чистым голосом продолжил наш незнакомец. – Миссия приближается к концу.
– Кто вы? – осторожно спросил Заэр.
– Я – Рамилиан, первый вечный король грахана, – также спокойно ответил синеглазый. – Я вас ждал.
– Ждали? – недоверчиво поинтересовалась я. – Нас?
– Не только вас, конечно, но все именно так, как я и ожидал. В высшем пророчестве говорилось о том, что однажды придет тот, кто носит в себе свет и тьму. Он будет дышать пониманием многих вещей и ведать истинные намерения живых существ. К его приходу пробудится первый вечный король, который станет его верным союзником. Он принесет с собой эволюцию и приведет Дитерру к новой эре существования.
– Только пророчеств нам еще не хватало, – мысленно бубнил Заэр.
– Почему Аграэс не сказал мне о пророчестве? – спросила я у Рамилиана.
– Потому что он о нем не знает, – просто ответили мне.
– Как он может о таком не знать? – не верила я.
– Потому что он просто этим не интересовался, – Рамилиан был похож своим спокойствием на какого-то гуру. – Идемте. Я знаю, где последние два.
– Знаете? Знаете о том, что мы ищем и зачем?
– Конечно. В вашей сумке те, с кем я общался давным-давно, когда их тела были похожи на мое. Пока вас не было мы успели поговорить. Вы позволите, Анна, я возьму Милию? – попросил он меня и протянул ко мне ладони внутренней стороной наверх.
Я осторожно подошла к златовласому мужчине и нехотя положила в его протянутые ладони Милию. Расставаться с ней мне не хотелось. Это был самый привлекательный и прекрасный ионит, который я видела из всех тех, что попадались нам на пути.
– Благодарю вас, призванная. Если вам нужно время для отдыха и еды, я вас подожду здесь.
С этими словами он сел прямо на землю, закрыл глаза и стал светиться золотым светом, держа в руках Милию. Мы с Заэром прошли мимо него к своим вещам и вели между собой мысленный разговор.
Решив после всех сомнений довериться синеглазому, мы перекусили и собрали вещи. Вечерело, но мы готовы были идти дальше до самой ночи. У нас была куча вопросов к этому восставшему из водяного саркофага спящему красавцу. Идти пришлось до раннего утра сквозь туннель в горах. Потом мы отдыхали, ели и спали.
Два следующих дня Рамилиан вел нас диковинными тропами, но совершенно не спешил отвечать на наши вопросы, которые множились, как грибы после дождя от его уклончивых ответов. Иногда он отвечал «Зависит от многого», иногда уводил разговор в другое русло, иногда просто применял метод «вопрос на вопрос» и отвечать уже приходилось нам с Заэром. Единственная тема, которую он освещал для нас свободно и без тени скрытности – это самые обычные вещи. Как жили. Как работали граханцы. К чему стремились. Во что верили. Но если вопрос заходил о планах на будущее для нас, об обряде Цветов, то граханец сразу же уклончиво отвечал, что ему не ясно или он еще не уверен. В такие моменты он всегда странно смотрел на Заэра, отчего мне становилось не по себе, а у друга мысленно проходил мороз по коже.