— Ну-с, — Бритта щёлкнула планшетом, — хотите женскую берлогу, я смотрю. Бетон, дерево, кожа. Круто. Смело.
— Мне нужна функциональность, стиль и прочность, — сказал я, стараясь говорить максимально сухо и по делу, — всё это, — я махнул рукой вокруг, — на свалку.
— О, мы выкинем, не проблема, — прошамкала Клава, крупная девушка, её голос был низким, хриплым. Она подошла слишком близко, будто случайно. От неё пахло потом, табаком и резким парфюмом, — такое г… место и правда не для такого парня, как ты, красавчик.
Лин, молчаливая азиатка, прошлась по комнате, тыкая лазерной точкой в стены.
— Несущие тут, тут и тут. Ломать остальное можно, но дорого. Электрику менять полностью? — она обернулась, и её тёмные глаза уставились на меня с немым, но интенсивным любопытством.
Я начал объяснять план. Где будет бетонная стена, где встроенные шкафы, какое будет зонирование. Они слушали, кивали, задавали уточняющие вопросы, но атмосфера сгущалась. Их "случайные" прикосновения к моему плечу, когда показывали что-то на планшете. Их вздохи, когда я наклонялся, чтобы посмотреть на схему. Бритта как-то раз "задумалась" и почти прижалась ко мне спиной, разглядывая потолок.
Я почуял опасность. Чистую, животную опасность. Это не была гиперопека или слащавая забота. Это был голод. Голод плоти. Они видели перед собой не клиента, а дичь. Красивую, "уязвимую" и, что самое главное, оказавшуюся на их территории, в их власти на ближайшие дни.
Адреналин ударил в виски. Не страх — ярость. Но проявлять её сейчас — значит сорвать сделку, потерять деньги и остаться с розовым склепом. Нужно было действовать быстро.
— Отлично, — перебил я Бритту, которая начала рассказывать анекдот про "мужика и перфоратор" с довольно прозрачным подтекстом, — я согласен с оценкой и сроками. Пять дней? Договорились. Где подписать?
Я говорил быстро, чётко, не давая вставить слово. Бритта, слегка опешив, достала свою папку. Моментально выхватуваю свой образец договора и крайне быстро, но внимательно, с ним ознакамливаюсь, тут же ставя подпись.
— О, экий ты шустренький, надеюсь, что не во всём, — она хихикнула, также подписывая договор, — не переживай, мы с твоей берлогой управимся. И с тобой, если захочешь составить компанию… наблюдать за процессом.
— Я буду заезжать для контроля, — отрезал я, забирая свой экземпляр, — Ключ… я оставлю вам сменный на время работ. Начало — завтра в восемь?
— Начнём с самого утра, солнышко, — сказала Клава, и её рука "случайно" легла мне на предплечье, сжимая его с силой, которой нельзя было назвать дружеской, — не скучай без нас.
Я кивнул, выдернул руку под благовидным предлогом (достал телефон для перевода предоплаты) и, как только цифры сошлись, буквально выпроводил их за дверь.
Дверь закрылась. Я прислонился к ней спиной, слушая, как их грубый смех затихает в лифте. Сердце билось ровно, но часто. Этот мир меня продолжает нервировать.
В тот же день я перебрался в "Атлас". Номер был приличным: высокие потолки, тёмное дерево, минималистичная мебель. Ничего лишнего. Почти как… нет. Не думать.
Следующие пять дней превратились в странный день сурка. Утром — съёмки или встречи, где я продолжал играть "грустного мальчика", вежливо отшивая домогательства менеджерш и фотографов. Днём или вечером — визиты на квартиру.
Каждый визит был испытанием на прочность. Бригада работала, да. Стены ломались, бетонная пыль висела в воздухе, пахло краской и новым деревом. Но вместе с тем:
— Ой, Сильвер пришёл! Смотри-ка, в костюмчике! Тяжело тебе, наверное, среди всей этой грязи? Иди сюда, я тебе фартук дам… особый… — Бритта.
— Сильвер, подержи вот эту штуку… дай я покажу, как правильно… — и Лин обхватывала меня сзади, якобы корректируя положение уровня, её дыхание горячим ёжиком касалось шеи.
— Мужики вообще редко такие дела смотрят. Ты у нас особенный, — хрипела Клава, проходя мимо и откровенно шлёпая меня по спине, ниже пояса.
Я держался. Отвечал односложно. Уклонялся от прикосновений с грацией матадора. Фокусировался на деталях: "Этот плинтус должен быть вровень с вот этим уровнем". "Оттенок бетона должен быть холоднее". А ещё я выбрал новую входную дверь. Стальную, с противосъёмными штырями, с пугающе серьёзным видом — не тот картонный ширпотреб, что ставят тут повсеместно. Эта скорее напоминала дверь в банковское хранилище.
— Вау, парень, ты серьёзно? — присвистнула Бритта. — От кого ты собираешься защищаться? От армии поклонниц?