И тогда началась настоящая скотобойня.
"Геката" взорвалась дикими криками. Вампиры, отбросив аристократический лоск, бросились на него со всех сторон, обнажив клыки. Майкл взмыл к потолку, уходя от атаки, и тут же рухнул вниз, прямо в толпу. Он был абсолютным хаосом. Старые вампиры пытались использовать магию, растворяться в тенях, двигаться за гранью восприятия, но эхолокация Морбиуса делала любую невидимость бесполезной. Он читал их движения по звуку и потокам воздуха.
Он рвал их на куски. Двумя руками схватил ближайшую вампиршу за челюсти и просто разорвал ей голову надвое, заливая всё вокруг кровью. Увернулся от когтей очередного вампира, поднырнул под руку и ударом ноги с разворота буквально снёс ему голову с плеч — та отлетела, сбивая ряды коллекционных бутылок в баре. Каждого, до кого он дотягивался, он не просто убивал. Он вгрызался в их глотки прямо в пылу боя, с жадностью выпивая их древнюю, мистическую кровь. С каждым глотком, с каждым разорванным телом он становился быстрее, сильнее, смертоноснее. Их магия теперь питала его биологическую мутацию. Он стал идеальным воплощением насилия.
Элита кричала. Те, кто тысячелетиями считал себя вершиной пищевой цепи, в панике пытались бежать к выходу, поскальзываясь в лужах чёрной и багровой крови, смешанной с пеплом. Но Морбиус не отпускал никого. Он левитировал над залом, пикируя на спины беглецов, вскрывая их от шеи до поясницы одним взмахом когтей. Роскошные платья превращались в кровавые лохмотья. Дорогие костюмы пропитывались прахом. Руки, ноги и оторванные головы усеяли мраморный пол.
Это не было боем. Это был геноцид.
Спустя буквально пару минут всё было кончено. Зал "Гекаты" превратился в декорации к кошмару сумасшедшего мясника. Везде, куда падал взгляд, лежали истерзанные, высохшие или рассыпающиеся в пепел останки. Хрустальные люстры были разбиты вдребезги, мебель превращена в щепки. Музыканты давно были мертвы — их порвало на части в общей давке.
В самом центре этой бойни, на залитом кровью ковре, стоял Майкл Морбиус. Его рубашка висела кровавыми лоскутами. Грудь тяжело вздымалась. Он поднял руку с длинными, изогнутыми когтями и медленно, с наслаждением слизал с них густую, чёрную кровь последнего убитого им вампира.
Внутренний конфликт был мёртв. Человеческая вина, жалость, страх — всё это было выжжено и оставлено в той ванной вместе с иллюзиями. Майкл закрыл глаза и глубоко вдохнул запах скотобойни. Он обрёл абсолютное, кристально чистое спокойствие.
Теперь он точно знал. Он не монстр. Он — Бог этого нового мира.
Глава 45
Закрытая Вечеринка
Анита Старк.
Нью-йоркский дождь с шелестом бился о броню из красно-золотого металла. Анита Старк, ныне являющаяся Железной Леди, неподвижно зависла в сотне футов над роскошным стеклянным куполом клуба "Элизиум", ещё раз прокручивая в голове детали недавно завершённого брифинга со всеми участниками. Сильвер, конечно, её удивил своим нестандартным подходом. Хотя волнение за него всё же присутствовало. Однако, у неё была своя задача, которую она выполнит идеально.
Внизу, под толстым слоем специального стекла, текла размеренная, элитарная не-жизнь. Анита видела через тепловизоры холодные силуэты: высшие кровососы распивали свои мерзкие коктейли, уверенные в собственной абсолютной безнаказанности. Они привыкли быть хищниками. Привыкли, что весь мир — это лишь их кормовая база.
Пора было преподать им небольшой урок по теме эволюции.
— Джарвис, — голос Аниты в шлеме звучал до скучного буднично, — выведи мощность репульсоров на боевой режим. Синхронизируй системы освещения. Пора устроить прожарку этим курочкам.
— Системы активны, мэм. Купол усилен армированной сталью. Рекомендую использовать микро-ракеты.
— Ещё чего, тратить ракеты на стекляшку, — фыркнула Анита, — просто добавь тяги, я сама себе ракета.
Два ослепительных столба пламени вырвались из подошв брони, и Железная Леди камнем рухнула вниз. Прочное стекло, под жуткий визг раздираемого металла, разлетелось в сверкающую пыль от кинетического удара тяжёлого костюма.
Анита приземлилась в самом центре VIP-ложи с оглушительным грохотом. Паркет из морёного дуба жалобно хрустнул и покрошился под её весом. Осколки стекла дождём осыпались на бархатные диваны и антикварные столики.