"Хм-м-м. А теперь ты более разговорчив, — обращаю внимание на важный факт, — это из-за того, что мы вне активных действий?"
"Нет. Синхронизация и адаптация, — следует моментальный ответ".
Я мысленно хмыкнул.
"… Допустим. А что… — быстро поправляюсь. — Кто ты такой?"
И вновь ответ почти без паузы. Кем бы ни было это существо, но мыслит оно очень шустро.
"Симбионт".
"А можно чуть-чуть поподробнее? — решаю выяснить чуть больше подробностей. — Боюсь, что одного лишь слова "симбионт" недостаточно для понимания".
"Симбиотический организм, — безропотно отвечает мой собеседник, — основные цели — слияние для существования и защита носителя".
"И носителем, так понимаю, являюсь я, — выдаю очевидный вердикт".
"Да".
"Прекрасно…"
За окном проплывали огни рекламных щитов. Я чувствовал, как под одеждой ткани моего тела едва ощутимо шевелятся, затягивая разрывы. Это было одновременно жутко и… практично. Но это же натолкнуло меня на одну мысль.
"Кстати, ты что-то упоминал про энергию. Что за энергия тебе нужна-то? В розетку сунуть? — и я даже не то чтобы шутил — просто кто знает, может это реально сработает".
"Метод неприменим, — тут же следует ответ, — энергия нужна для полноценного и длительного функционирования. Больше энергии — эффективнее симбиоз".
"Так как пополнять-то? — настаиваю я, немного напрягаясь".
"Еда".
"И что ты ешь?"
"Мясо, — всё столь же быстрый ответ, — так же, для полноценного функционирования требуются гормоны. Нужное количество без проблем производится организмом носителя".*
Сильвер чуть не закашлялся, стараясь не шевелить грудной клеткой.
"… Мясо, надеюсь, не человеческое? — с опаской спрашиваю я".
"Нет".
"И на том спасибо… — от ответа мне действительно полегчало. — А то знаешь ли, как-то после избегания участи становления одним типом людоедов меня вовсе не прельщает становиться другим".
Внутри зародилось что-то вроде холодного презрения.
"Этот шаблон пополнения ресурсов присущ лишь низшим формам жизни. Мы — не низший".
"Мы". Любопытно. Этот симбионт в каких-то ситуациях говорит о себе словно бы во множественном числе.
"А как тебя угораздило оказаться в том переулке?"
"Искал носителя".
"Так мы в огромном мегаполисе — тут "носителей" несколько миллионов".
"Утверждение ошибочно".
"В каком смысле? — недоумеваю я, — Я, совершенно определённо, обычный человек. А в городе несколько миллионов людей".
"Утверждение базируется на ошибочной логике. Носитель — это не человек. Носитель это носитель".
Я почувствовал лёгкую головную боль. Вести философские диспуты с живой лужей, поселившейся в моём теле — это я определённо не планировал и совершенно точно не был к такому готов.
"И чем же тебя не устраивают другие люди? — решаю проявить настойчивость в вопросе. — Да вон хоть девушки, которые рядом со мной — те ещё особые представители людей".
Ответ пришёл мгновенно, наполненный странной, почти физически ощутимой неприязнью.
"Женщины не могут быть носителями".
"Почему? Какая-то биологическая несовместимость?"
— Удалось что-либо выяснить по диверсии? — вид женщины не сулил ничего хорошего для её собеседниц, вот только выбора у тех не было — нужно было отвечать и про себя молиться о удаче и снисхождении. — Кто это устроил? Каковы последствия? Как скоро проекты будут возобновлены? Ты, — она тыкнула пальцем в стоящую впереди девушку, — отвечай.
— Мэм, боюсь…
— Твой страх меня не волнует, — немедленно перебивает её женщина, — отвечай на вопросы. Сейчас же!
— Да, мэм! — девушка аж вытянулась. — Касательно вашего вопроса о нападающих — в настоящее время расследование ещё ведётся. Личности или принадлежность нападавших неизвестны, но мы полностью уверены, что диверсия шла строго извне и никаких внутренних помощников не было.
— Допустим, — угрюмо кивнула женщина, — дальше.
— Все последствия нападения уже устранены — периметр полностью восстановлен, функциональность лабораторий и камер в том секторе стопроцентная. Персонал уже приступил к исполнению своих служебных обязанностей. Также, на всём объекте значительно усилена охрана и производится полная перепроверка всех систем безопасности. Мы понимаем, что повторение диверсии недопустимо.
— Повторение?! — взъярилась женщина, стукнув кулаком по столу. — Неприемлем уже сам факт диверсии! А вы мне тут о повторении! — она грозно взглянула на присутствующих. — Если появится намёк на повторение, то вы все сами станете образцами для исследований, это я вам гарантирую, — на последних словах её голос стал угрожающе рычащим, что вызвало приступ едва сдерживаемой паники у присутствующих, — продолжай.