― Благодарим, миэйр, ― учтиво сказала матушка и незаметно для чужого глаза коснулась локтём руки дочери.
А Иннис ничего не оставалось, кроме как сказать то, чего от неё все ждали:
― Приношу свои извинения за тот… инцидент, миэйр Тиббот. Уверяю, эта недозволительная оплошность больше не повторится.
Миэйра Лилиан Тиббот, супруга лорда-про́воста, подобрала юбки светло-сиреневого платья и, с искусственной улыбкой на лице, подошла к мужу и спросила:
― О чём идёт речь?
И судя по испугу, мелькнувшему в его глазах, эта информация была совершенно лишней. Иннис поняла: по какой-то причине Эрнандус Тиббот не рассказал первой леди Халдиреи о том, что произошло с его экипажем. Очевидно, он и сейчас не горел желанием делиться этим….
Возможно, она сделает лишь хуже, но… вдруг нет?
Иннис выступила вперёд и, сделав неглубокий книксен, приложила руку к груди.
― Боюсь, это моя вина, миэйра Тиббот. Сегодня я была излишне неуклюжа. Я ненарочно нанесла увечье лорду-провосту, ― проговорила она полным раскаянья голосом. Миэйра Тиббот ахнула и прижала пальцы ко рту, но Иннис продолжила: ― Я по невнимательности открыла дверь в тот момент, когда миэйр Тиббот заканчивал свой визит в нашем доме и находился по ту сторону. Мне очень жаль, ― добавила она тише и поклонилась.
Миэйра разом побледнела. Иннис испугалась: неужели она переборщила? Что, если первая леди сейчас хлопнется в обморок аккурат к её ногам?.. Тогда родители точно со свету её сживут…
Но женщина, отбросив свою искусственную улыбку, развернула мужа за плечи и принялась его критически осматривать, ощупывать лицо, как если бы его голова была расколота надвое.
― Это чудовищно, просто ужасно! Почему же ты мне ничего не рассказал, Эрнандус?
― Не хотел волновать тебя, моя магнолия, ― медленно проговорил он елейным голоском, который плохо сочетался с видом статного, серьёзного пятидесятилетнего политика. ― Стараниями Мадлины и Дэтмера, от небольшой шишки не осталось и следа, поэтому призываю всех забыть об этой оплошности и проследовать в дом, где нас ждёт горячий ужин!
Первая леди кивнула и, окатив Иннис ледяным взглядом, надела снова свою радушную улыбку и сделала приглашающий жест:
― Прошу вас, дорогие гости, входите!
Когда миэйра скрылась за дверью, лорд-про́вост на мгновение задержался и, слегка наклонившись, проговорил:
― Будем считать конфликт исчерпанным. Своими словами ты немного усложнила то, ради чего мы сегодня собрались, но было бы хуже, гораздо хуже, скажи мы ей правду. Благодарю за находчивость, Иннис. Не волнуйся, с братом я всё улажу.
Руки матушки легли на плечи девушки, и вот её уже ведут, как ягнёнка на закланье, в дом. Иннис шла на негнущихся ногах, и с каждым шагом всё яснее ощущала биение собственного сердца. Кровь отхлынула от лица, внезапно вернулась слабость, одолевавшая с утра. Она во все глаза глядела на приближающийся дверной проём, и в голове, сквозь шум и нахлынувшую панику, словно птица в клетке билась лишь одна мысль:
«Владычица Вирява, во что меня втягивают?..»
Глава 5
Иннис решительным шагом пересекала коридор дома лорда-про́воста, игнорируя сдержанные оклики матушки, семенившей следом. Чушь! Вздор! Вздумали замуж выдать? Как бы не так! Пора заканчивать это лицедейство, и она сделает это немедленно! Соберёт пожитки ― благо, на бытовое колдовство её скудных умений хватит, и переберётся в старый бабушкин дом. И отыщет самого искусного мага, который наложит на её жилище такое количество оградительных чар, что будет воздух рябить! Но чтобы она ещё хотя бы раз позволила кому-то даже допустить мысль о том, что её можно насильно выдать замуж!..
Впрочем, судя по лицу её «жениха», и по тому, с какой скоростью он вылетел из гостиной мгновением раньше неё, можно сделать вывод, что он тоже не в восторге, какой бы ни была тому причина.
Значит, либо они одинаково умны и независимы, либо же оба ― неблагодарные психопаты, но схожесть на этой почве не даёт повода связывать их узами брака, демон их всех побери!