– Как же не думать, когда вы намеренно ломаете мою жизнь?
Пальцы затвердели, сжали мои плечи. Повелитель развернул меня, вжал в стену возле окна и навис сверху.
– Ты пришла сама, я не звал! Оголилась по всем правилам, тем самым давая согласие на любую мою прихоть. Могла бы остаться в исподнем, могла бы просто распустить волосы, могла бы показать спину и руки, не обнажаясь полностью. Так много вариантов! Но нет, ты решила отдать всю себя, разорвать связь со своим прошлым – именно это означал твой поступок. И теперь жалуешься?!
«Монашки…» – со стоном прозвучало в голове, и я не нашла ничего лучшего, как податься вперед, чтобы отвлечь мужчину от разгорающегося гнева.
Осторожно коснулась его губ, захватила нижнюю. Лизнула языком, призывая к действию. Если сейчас не переключить его на что-нибудь другое, то мне будет сложно объяснить свое поведение. Получается, я противоречила самой себе. И, скорее всего, должна была знать о метке и процессе Принятия. Вероятно, всем жителям Хейсера это известно. Но я ведь из другого мира, не осведомлена ни в чем, а потому продолжу совершать ошибку за ошибкой.
– Хороший ход, моя леди, – произнес он, немного отстранившись.
Погладил пальцами шею, плечи, отодвигая ворот халата. Обхватил руками лицо. Заглянул в глаза, глубоко, в самую душу, и снова наклонился, чтобы все же ответить на мой безмолвный призыв.
– Разрешаю применять его, если не можете ничего сказать в ответ, – добавил вкрадчиво.
Какой проницательный человек…
Поцелуй, его упоительное дыхание. Пропитанные нежностью движения. Ласковое прикосновение к щеке, скольжение губ по губам и оглушающее понимание, что я окончательно попала. Меня не отпустят, ни сейчас, ни через неделю. Я нужна ему. Нужна настолько, что этот влиятельный мужчина готов мириться с моим странностями только потому, что его дегра меня не отторгала. Потому столь осторожен и сдержан. Словно боится ненароком спугнуть и отвернуть от себя.
Будто основательно нацелен на сближение.
Не только телом, но и душой. Мыслями, сердцем.
Это для него важно! Важно настолько, что принял девушку, которую увидел впервые, привел в свои покои, хотя мог выделить отдельные комнаты, познакомил с сестрой. Объяснял все по мере возможности, не напирал, хотя мог бы.
– Жаль, не могу остаться, – густые брови сошлись на переносице, – перед отъездом есть неотложные дела.
Негромко, вновь доверительно. Стараясь открыться мне.
А ведь он постоянно был осторожен. Понимал силу воздействия на других людей, потому пытался не спугнуть, действовал аккуратно, будто извлекая из себя все самое мягкое, теплое. Казалось, в повседневной жизни был совсем другим. Более резким, грубым, властным.
Признаться, это понимание подкупило. Преобразило суровое лицо, придало красивых и чуточку забавных черт, за которые захотелось вцепиться. Прямые брови с маленьким шрамом. Торчащие короткие волоски на висках, неровность верхней части правого уха.
Теперь Давир определенно мне нравился. Да, втянул меня непонятно во что, действовал сугубо из соображения собственной выгоды. Но иначе никак. Ему нужна пара, которой по счастливому стечению обстоятельств оказалась я.
В том и проблема, я не могу, мне нельзя. Нам придется расстаться.
– По истечении недели я уйду.
– Конечно.
– Потому что так надо, – прошлась я пальцами по его волосам.
– Что ты скрываешь, моя леди? – зашептал он, проведя носом по моей щеке, прижавшись губами к виску. – Доверься сейчас, чтобы потом было легче. Открой тайну.
Я покачала головой, провела ладонями по широким плечам, расправила складочки на рукавах глухо застегнутого черного камзола. Какой смысл рассказывать? Он не поверит, посчитает помешанной и отправит в лечебницу, сам же сказал. Пусть лучше так. Буду полна загадок.
– Мне пора, – резко отступил Давир, лишая меня своего тепла и поразительного чувства защищенности. – Вам принесут дорожное платье, будьте готовы к обеду.
Мужчина ушел. Осталась давящая тишина, сковывающая грудь грузом обстоятельств. Если бы мы встретились при других условиях. Если бы мы были из одного мира. Если бы исчезли монахини и здесь оказалась моя сестра…
Послышался шорох шагов. Я отреагировала на звуки, вышла в гостевые покои и увидела слуг, накрывающих для меня одной завтрак. Среди них была одна из прислужниц богини.
Она отодвинула стул, призывая сесть. Я не стала противиться, заняла предлагаемое место. Увидела в центре пустой тарелки зеленый желеобразный брусок.