И медленное движение, приносящее удовольствие.
– Если я вдруг исчезну…
– Нет! – резко вошел он, заставив задохнуться. – Никогда!
Больше не нашлось слов. Со следующим толчком спираль сжалась до предела и выстрелила, ударив сразу по всем нервным окончаниям и затопив тело лавой. До крика, хрипа, слез. До изнеможения и блаженной слабости после. До желания шептать слова благодарности.
Вот бы он был моим мужчиной. Давир…
Я уснула у него на плече. Большой, надежном. А ведь не должна была, нас случайно судьба столкнула и беспощадно разделит.
Зато утро пришло с приятной негой. Многотонная рука на моей талии прижимала к кровати, горячее дыхание у виска вызывало блаженную улыбку. Тяжелые веки не желали подниматься.
– Что я делаю? – прошептала одними губами и повернула голову.
Давир, почему ты из чужого для меня мира, почему такой? Я ведь скучать буду.
Решив не тревожить душу пустыми страданиями, я выбралась из-под мужской руки, встала с постели. Подняла широкую рубашку, натянула на себя. Задев штаны, услышала металлический звон и наклонилась к выкатившемуся из кармана кольцу.
Выбросить? Тогда монахини не заберут меня. Но как же сестра?!
Я сжала украшение в кулаке, направилась в смежную комнату, чтобы сесть и в полном одиночестве все обдумать. Безусловно, на мне сказывалось действие метки, но разве это имело значение, когда все так… хорошо?
В дальнем углу появилось шевеление. Я вскинула голову, с ужасом посмотрела на шагнувшую ко мне Верду.
Она не стала церемониться, схватила меня за локоть и потянула к двери.
– Нет! Нет, не сейчас. Пожалуйста, дайте неделю…
Мы оказались в коридоре, где меня под руки подхватили другие монахини. Добрались до соседней двери. Старинный ключ, поворот в замке.
Пространственный тоннель.
Я стала упираться, вырываться. Хотела вернуться к Давиру, поговорить, объяснить.
– Ты заигралась, Талья, – зло произнесла Верда, толкнув меня в бесконечный коридор.
– Не сердись на нее, сестра, она была не готова, – обратилась к ней вторая, крепко удерживая мой локоть, в то время как другие девушки остались в таверне.
– Мне все равно, готова или нет. Мы не ради развлечения это делаем.
– Конечно, но все равно не злись.
Я оборачивалась, надеялась. Наверное, ждала, что дверь за нами откроется, в ней появится Давир и заберет меня. Оградит от монахинь, решит все мои проблемы и… нет, не решит!
Мы вышли в знакомом коридоре с унылыми бежевыми стенами. Верда выхватила из моих заледеневших пальцев кольцо, спрятала в широких рукавах. Вторая прислужница Многоликой миролюбиво улыбнулась мне. Достала из мешочка на поясе тот самый вяжущий язык брусок и протянула мне.
– Для ребенка.
– Вы уверены, что он есть?
– Конечно! Иначе быть не может. Мы усердно молились, чтобы Многоликая Алианда даровала нам его. А это обычный сок цветка хохо, он очень полезен для… – покрутила он рукой вокруг живота, не найдя подходящих слов.
– Правильно говорит ори, – окинула меня недовольным взглядом Верда. – Один раз вкусив запретный плод, женщина теряет себя. Во что ты одета? Это мужская рубаха, как можно вообще прикасаться к ней? Она вся пропитана… мужчиной!
– А мне нравится, – взяла я ворот и принюхалась.
Пахло Давиром. Нечто терпкое, тяжелое, возбуждающее.
Да я схожу с ума!
– Идем, – не вытерпела Верда, а я бросила в рот брусочек.
Перекатила на языке, разжевала, попутно разглядывая гигантские цветы за окнами. В прошлый раз я была обескуражена внезапным перемещением из своего мира, теперь же улыбалась в предвкушении скорого возвращения.
Они привели меня в храм ради этого, точно.
Пол холодил босые ноги. Я гнала от себя совестливые мысли о Давире. Говорила ведь, что уйду, предупреждала. Но могла рассказать чуть больше, не держать его в неведении, хоть немного открыться.
– Как это произойдет? – спросила я у более доброжелательной по отношению ко мне сестре.
– Что именно?
– Как вы переместите меня обратно? Будет больно? Я попаду обратно в больницу? А время у нас и у вас одинаково течет?
Девушки переглянулись. От нехорошего предчувствия я сбилась с шага.
– Вы… собираетесь меня возвращать домой?
– Конечно, – закивала вторая.
– Когда?
Мы подошли к тяжелым деревянным дверям. Верда потянула за ручку и напряженно застыла. Вторая сестра заглянула через ее плечо и тоже нахмурилась.
– Здесь посторонний, – сообщила она тихо, отталкивая меня назад. – Медленно возвращаем…