Как выяснилось, если бы я пробыла с ним ту неделю, то потом стала бы от мужчины зависима. Метка начала бы влиять на меня. Я страдала бы в отдалении, не могла бы провести без него и пары дней, потому что чувствовала бы эмоциональное напряжение.
Это возмутило!
Я долго злилась на правителя, как только услышала о его намерении таким грубым образом привязать меня к себе, и даже не поверила, что все работало бы в обе стороны.
Да это просто глупо! Зачем ему самому ограничивать свою свободу? Можно хоть двадцать таких меток поставить, сделать гарем из жены, любовниц и жить, утопая в ласке и любви, ничего взамен не отдавая.
Однако Давир не такой. Не будет у него много любовниц, уверена. Да даже одной не будет.
– Моя леди? – отвлекся от своих бумаг мужчина, заметив мое повышенное внимание на его руках.
Я решила отвести взгляд, но не смогла. Не хотела. Мне нравилось наблюдать за ним, нравилось его присутствие, само понимание, что я под надежной защитой. Это упоительное чувство, когда любые невзгоды казались пустыми, даже монахини и болезнь сестры. Давир пообещал, что найдет путь в мой мир, хотя про лекарство не обмолвился ни словом. Не верил в его существование.
Он решительно направился ко мне, сел передо мной на корточки. Взял обе мои руки в свои. Трепетно и нежно.
Вот как можно быть таким, а?!
– Хочу преподнести вам подарок, моя леди, – улыбнулся.
Казалось, делал мужчина это лишь в моем присутствии, пока никто другой не видел. Словно это была наша маленькая тайна, что он вообще умеет улыбаться.
– Еще один? – села ровнее я.
За последние дни у меня появился гардероб, несколько очаровательных цветов, что теперь стояли в нашей спальне, тончайшее колечко на большом пальце, а еще незабываемые воспоминания… Купание в подземном озере, прогулка по живописным местам, букет полевых цветов, собранный лично королем Хейсера.
Его руки скользнули по моей правой ноге. Давир положил ее на свое колено, снял туфельку. Достал из кармана что-то неприметное и вскоре защелкнул на лодыжке застежку красивой цепочки алого цвета, по стилю подходящей под кольцо на моем пальце.
– Красиво.
Мужчина оставил возле украшения на коже горячий след своего поцелуя. Поднял горящие желанием глаза. По телу сразу побежали искорки, внизу стало тепло-тепло, захотелось рвануть навстречу, самой наброситься. Да что это со мной? Уже возбуждаюсь от одного взгляда?
Нет, просто мне его мало. Недостаточно обычного присутствия. Я стала зависима…
Движение навстречу. Предвкушение, что уже, вот-вот… Он передумал, простил, больше не станет держаться на расстоянии, подарит мне свою ласку, снова покажет, что могут эти губы, язык, как способен кружить там…
Я слишком соскучилась по нему. Я хотела!
Со стороны входа раздались яростные хлопки в ладони. Мы с Давиром остановились, одновременно повернули головы.
– Твои воины ни на что не годны, бастард. Уволь их, – сдернув с себя кулон, произнес стоявший там Аделар.
Правитель Хейсера моментально окаменел, отгородился. Превратился в того самого мужчину, который пугал своим видом. Холодный, бледный, с пылающими алым глазами. Он неторопливо поднялся, показывая присутствующим себя, свою мощь и решимость. Расправил плечи.
Вот только второй ард словно ничего не заметил. Повертел между пальцев свой кулон, усмехнулся.
– Мои люди нашли его в храме Многоликой Алианды, – задумчиво произнес Аделар. – Занятная вещица. Не думал, что есть что-то, помимо арис и дегры, а тут – маскировочный предмет.
Он снова надел его на шею, моментально превратился в совершенно другого человека, одетого в бордовое одеяние стражников Давира, и снял. Правда, едва надел еще раз, его образ поехал, покосился. Мужчина недовольно хмыкнул, сжал до хруста этот медальон и выбросил обломки в сторону.
– Все равно больше не пригодится. Кстати, это тот самый храм, где я нашел тебя, сладкая. Помнишь тот момент, м-м? – его губы растянулись в издевательской ухмылке, а говорилось все ради одной цели, чтобы разозлить своего врага.
– Моя леди, останьтесь здесь.
– Ох, моя леди, звучит-то как! – насмешливо говорил Аделар, хотя было заметно в его движениях, что эта расслабленная манера ему непросто давалась. – А ты хоть знаешь, сколько раз я твою леди трахнул и в каких позах? Ты не рассказывала, сладкая?
Я хотела обратиться к Давиру с просьбой не слушать этих ужасных речей, но даже рта не успела открыть, как правитель Хейсера произнес:
– Выйдем!
– Боишься показаться ей в порыве гнева? Нет уж, давай прямо здесь, меня устраивает окружение, – Аделар окинул взглядом кабинет.