– Сделаешь, сука, куда ты денешься? – процедил я, дернув ее за волосы. – Тысячу раз пожалеешь, что пыталась убить будущую королеву, я уверяю тебя.
– Кого? – охнула эта дрянь.
По щекам уже бежали слезы. Губы дрожали. Руки тянулись ко мне, хватались за пропаленную рубашку, ярко напоминающую, откуда мне пришлось достать Талью.
А ведь я мог ее потерять. Если бы не послушал свою интуицию, если бы отправился в покои вместо конюшни. Она была бы мертва!
Эта мысль оглушила. Дыхание сбилось, я даже на миг дар речи потерял.
Наверное, Офелия по-своему поняла мое оцепенение. Прижалась ко мне грудью, положила ладонь мне на пах, кокетливо улыбнулась.
– Позвольте загладить свою вину, мой повелитель. Я буду плохой девочкой.
Меня передернуло от омерзения. Я оторвал ее от себя, жестом подозвал к себе одного из своих воинов и бросил эту суку ему в руки.
– Отведи в казармы и поимей ее там, а потом отдай остальным ребятам. Она согласна загладить свою вину.
– Мой повелитель, – испуганно бросилась ко мне Офелия, – я не о том. Простите меня. Нет, не надо! Я только с вами, ни с кем больше. Я не знала, не хотела…
– Не хотела убивать соперницу?! Не хотела остаться единственной женщиной в моей жизни? Не хотела управлять дворцом, купаться в роскоши и наслаждаться своим положением? А теперь слушай сюда, сука, – приблизился я, взглядом приказав воину держать ее крепче. – Тебя сейчас поимеют мои ребята. Будут трахать так долго, что ты потеряешь счет времени, но все равно благодаря арис в их крови будешь стонать и кончать. Ты захлебнешься своим криком. Станешь зависима от них, больше не узнаешь другой жизни. А когда им станет скучно, возможно, мы бросим тебя на улицы города, чтобы с тобой поигрались другие мужчины. Нужно делиться, верно? Не все же оставлять себе. Уверяю, ты сдохнешь от количества членов, побывавших в тебе, я позабочусь об этом.
Офелия побледнела, прижала дрожащие руки к губам.
Еще раз рванула ко мне, прося о снисхождении, но я дал отмашку воину. Пусть уводит.
Ее крики еще долго стояли в коридоре. Я же возвращался к своей Талье, к своей женщине, которую едва не потерял.
К моей сладкой шлюшке…
«Кто я для тебя, Аделар? – пронеслось в голове, и во рту стало горько. – Шлюшка – временное понятие".
Мог потерять, мог лишиться, остаться без нее, снова один. С чередой продажных баб на своем члене.
Я замедлился у двери в свои покои, до побелевших костяшек сжал ручку. Медлил. Не хотел видеть вымазанное в саже лицо, красные пятна на коже, ожоги… Потому что тупая злость брала надо мною верх.
Бастард ее не получит!
Я решительно вошел в комнату. Встал у изножья кровати и заставил себя смотреть. Чтобы видеть и понимать, чем может обернуться моя неосмотрительность. Мой мир жесток, но я хуже. Я хуже всех их, поотрываю головы каждому встречному, посмевшему косо посмотреть на мое!
Арис наполняла тело, туманила разум. Но я не двигался. Наблюдал за пальцами лекаря, смазывающего ожоги заживляющей мазью, врос в пол, поджимал губы и матерился про себя.
– Есть, – нарушил молчание Грэнбенри. – Чувствую в ней вашу арис, девушка беременна. Но…
Я покачнулся. Пострадала? Что-то пошло не так? С ребенком не все хорошо, она снова не сможет его выносить?!
– Говори, – процедил я, уже теряя контроль над собой.
– Не понимаю. Странное что-то. Обычно арис больше, где-то в два раза, а здесь… Но девушка заполнена полностью, это точно.
– Дегра? – нахмурился я.
Лекарь усмехнулся. Покачал головой.
– Арис и дегра несовместимы, вам ли не знать? Я не могу чувствовать вторую, но скажу прямо, что точно не она – это невозможно!
– Хорошо, – не стал я спорить. – Почему без сознания, что с ней?
– Спит, – выпрямился Грэнбенри. – Все в порядке. Покраснение быстро спадет, ожоги на ноге есть, но их немного. С ней я закончил, а потому теперь осмотрю вас.
– Со мной все в порядке, – качнул я головой.
– Позвольте это мне судить, мой повелитель. Идемте, не будем тревожить сон вашей… я правильно понял, это ваша невеста, наша будущая королева?
Я перевел на него взгляд, кивнул.
– Поздравляю. Эта такая редкость, найти свою пару. Нужна помощь с меткой? У меня есть обезболивающий нектар, чудесное средство. Все пройдет без боли, она ничего не почувствует.
– Не надо.
– Мой повелитель, как без метки-то? Понимаю, не самый приятный процесс, но он необходим, как минимум для безопасности вашего будущего ребенка.
– Ты слишком болтлив, – сложил я руки на груди. – Прочь отсюда!
– Мой повелитель, я должен осмотреть вас. И метка…
– Вон! – повысил я голос, не в силах его слушать.