– Это игра какая-то, да? Я люблю игры. Вот только мама не разрешает мне много закачивать на телефон, там памяти уже осталось мало.
– М-угу, спасибо за предложение, я чуть позже еще раз поговорю с тем человеком, и он мне поможет.
– Да ну, уверена, я тоже справлюсь, – улыбнулась она и потянула меня за руку к ближайшему столику. – Давайте телефон.
– Что?
– У вас нет телефона, такое бывает? У всех есть телефоны, даже у меня, хотя мне всего десять. А вам сколько?
– Много, девочка. А что такое телефон?
– Вот, – показала она табличку.
– И что ты с ней делаешь?
– Дядя, – захлопала она глазами, – вы что-о?! Вы не знаете?
– Маша, держи чек, заберешь заказ, – положила перед девочкой бумажку подошедшая к нам женщина и, прижав к уху такую же табличку, сказала резко: – Да здесь я, слушаю.
Малышка проводила ее печальным взглядом, вернул его ко мне. Широко улыбнулась.
– Кого нужно найти?
– Девушку. Вика зовут.
– Не в игре?
– М-м-м, – нахмурился я, видимо, понимая это слово иначе, чем она подразумевала.
– В реале? Как интересно. Хорошо, – погладила она табличку, и та засветилась. – Фамилия какая или ник? Может, почту помните?
– Это сестра Рыжовой Натальи, у нее есть цветочная лавка.
– Ладно, – дернула плечами девочка и застучала пальцами по «телефону». – О, есть. У вашей королевы сайт есть с цветами, она?
Малышка развернула табличку ко мне и показала застывшее отражение Натальи. Вроде бы такая и не такая одновременно. Губы яркие, ресницы черные-черные, пушистые, да еще выделены серым цветом.
– Да.
– Тогда вот ее адрес, – пару раз поводив по экрану пальцем, показала мне девочка набор символов.
– Я… не понимаю, что здесь написано.
– Английского не знаете? Но оно тут транскрипция просто, переводится на раз-два. Улица Воложская, дом тридцать два – это адрес ее магазина, домашний не указан. В нашем городе, кстати. Все, я помогла вам?
– Очень.
– Отлично, – подскочила на ноги Маша и, глянув в бумажку, побежала к прилавку.
Вернулась с большим красным подносом, поставила его на стол и уселась с предвкушающей улыбкой. Правда, бросила взгляд на выход, где стояла ее мама, и радость на миг погасла.
– Не поможешь мне еще немного? – наклонился я к ней, протягивая несколько золотых монет.
– Мне бы деньги, дяденька, за золото ничего не купишь, его сдавать надо. А я маленькая еще, мне не поменяют.
– И где можно поменять?
– В ломбарде, здесь, на углу. Но папа говорил, что цену сбивают жутко, жульничают.
– Тогда отдай папе, он тебе поменяет.
– Да ну, себе заберет. Кстати, а что еще помочь нужно?
– Как добраться до улицы Воложской с домом тридцать два?
– На автобусе, метро, троллейбусе.
Я нахмурился, поджал губы.
– Что, тоже не знаете? – широко заулыбалась она, словно встретила героя из сказки.
– Я нечего не знаю здесь, Маша. Я… из другого мира, только тс-с-с.
– Ухты! Тогда понятно, а то вы очень… другой. Слушайте. Идете в ломбард, сдаете свои монеты, но немного, а то жульничают, заберут еще все… Потом останавливаете такси – это машины с желтыми шашечками… Тоже не знаете? – восхищенно спросила она.
В общем, разговаривали мы долго. Она даже на улице показала, что означает это самое такси, а потом ее забрала мама.
Не без проблем и желания кому-нибудь выпотрошить кишки я добрался по нужному адресу. Встретил закрытую дверь. Узнал, что хозяйка давно не появлялась, а ее мужик порой заходит по вечерам, чтобы полить цветочки.
Что за мужик, я уточнять не стал. Дождался его.
Едва он подошел к двери магазина и вставил ключ, встал у него за спиной и сказал:
– День добрый.
– У меня ничего нет, – проблеял тот, видимо, испугавшись моего вида.
Нет, а что хотел? Я злой, вымотанный долгими метаниями и переговорами с обменщиком золота, под впечатлением от мира вокруг, едва не с ума сходил от постоянного гула. А еще он, мужик какой-то! Сука, у моей королевы здесь… мужик!
– Я ищу Вику, сестру Натальи Рыжовой.
– Ташки? – сразу выпрямился он. – Вы знаете, где она, что с ней?
– Знаю. Мне нужна Вика и…
– Вы за девочкой, вы… ее отец?
– Да.
– Хм, – издал этот смертник и прошелся взглядом по моей одежде.
Это была последняя капля моего самообладания. О, я был сегодня на редкость сдержан. И все, щелкнуло в голове, арис полыхнула.
Я впечатал мужика в дверь, собрал бесформенную одежду с короткими рукавами в кулак, приблизился так, чтобы цедить тихо, но вкрадчиво, а главное, чтобы слышал.
– Где Вика и моя дочь?! Или ты сейчас же ведешь меня к ней, или…