– Тогда… давайте дадим Лизе грудь. Сейчас, – подошла девушка к кровати и начала возиться над Натальей.
Что-то бормотала про то, что на видео все выглядело проще. Вскоре ребенок закряхтел, зачмокал, а я обреченно сел на край.
Ничего не происходило.
Вика еще поясняла, что молока у Ташки сейчас не будет, но она смотрела видео, поэтому точно знает, что нужно рассосать, оно появится. Требуется время. Она знает, сделает. Если что, смеси есть, подгузники. И одежду она взяла.
Девушка говорила и говорила, пока мы с Давиром выглядели застывшими статуями. Бледными, с затаившейся надеждой в глазах, которую сейчас очень просто было разрушить. А Талья никак не просыпалась.
Ребенок уже перестал кряхтеть, под восторженный вздох Вики уснул прямо так, этим неподвижным коконом возле своей матери.
Тянулось время. Сердце словно не билось, сжималось в страхе, что девочка не поможет. Вероятно, мы опоздали. Не следовало ночевать в том мире, нужно было вернуться сразу, ночью. Тогда успел бы.
Это я, снова виноват я…
Вздох прозвучал и разлился бальзамом на душу. Я отмер. Давир покачнулся. Вика так вообще всхлипнула и прижала ладони ко рту, сидя ближе всего к своей сестре и поглядывая то на младенца, то на Наталью.
Затрепетали ресницы. Мне даже показалось, что на бледной коже появилось что-то, напоминающее румянец. Словно почувствовав пробуждение матери, снова завозилась девочка, начала чмокать громче.
И тогда моя женщина открыла глаза. Очнулась. Посмотрела на нашу девочку, пошевелила рукой, но была еще слишком слаба. Моментально возле нее оказался Давир, помог. Я же по-прежнему сидел на краю кровати и теперь глупо улыбался.
Правда, через некоторое время Наталья настолько пришла в себя, что заметила мое присутствие и тихо прошептала:
– Давир, уведи его отсюда.
Глава 21
– Я не хочу, чтобы он забирал к себе Лизу, – хмурилась я, пока Давир наносил на мою лопатку охлаждающую мазь.
Прошел год после моего возвращения в Элион, а вторая метка не исчезла, напоминала о себе то легким зудом, то жжением. Была бельмом в глазу и раздражала.
– Моя леди, Аделар тоже отец нашей дочери, он имеет полное право.
– Просила же не произносить его имени, – посмотрела я на мужа и сразу отвернулась.
После купания тело было вялым, в голове стоял туман. Я не хотела сейчас злиться, говорить о человеке, от одного вида которого меня прошибал глубинный страх. Уж слишком впечатлительной я оказалась. Наверное, все дело в моменте, в ощущениях. До сих пор появлялось в кошмарах его безумное лицо с каплями крови и Лизой в руках. Да, этого не было на самом деле, все происходило немного иначе, но каверзы подсознания порой жестоки.
– И вообще, уж слишком часто он сюда приходит, мог бы не каждый день. Забери у него ключ для тоннеля, а?
– Дорогая, – развернул меня к себе Давир и погладил щеку. – Елизавета очень любит его, радуется каждому появлению. Мы не имеем права ограничивать их встречи. И если он хочет показать дочери поющий сад, то я не стану ему в этом мешать.
Я поморщилась, завязала пояс халата, не желая больше вести этот бессмысленный разговор. Муж прав, Аделар тоже отец моего ребенка, однако я каждый раз переживала, когда он находился рядом с Лизой. И ведь просила Давира всегда находиться в этот момент в комнате, сама стояла за дверью и слушала, но зайти, посмотреть на него не могла. Трусливо пряталась, не находила в себе сил побороть иррациональный страх и лично сказать правителю Эндарога, чтобы приходил реже, перестал надоедать, напоминать о себе. Пусть выберет несколько или лучше один день в неделю и не появляется здесь каждый вечер.
– Моя леди, – снова погладил меня по щеке муж, – ты доверяешь мне?
– Безоговорочно.
– Тогда позволишь?
– Да, – честно, с душой нараспашку, не страшась принять все, что бы ни сделал.
И больше не возникало негодования по поводу недосказанности. Ведь не причинит вреда, будет действовать не из своей выгоды, а ради нас. Так всегда было, я за прошедший год успела убедиться в этом.
Он вел меня в спальню, выглядел загадочно. Чувствовалось исходящее от него предвкушение и опаска. Но стоило войти в комнату, как я тут же развернулась и собралась скрыться в помывальной.
– Дорогая, – обнял меня сзади Давир, не позволив сбежать.
– Не смешно, вот нисколько, – покачала я головой, боясь даже мельком глянуть в сторону кресла у окна, потому как там сидел мужчина, от одного вида которого меня постоянно охватывала паника.
– Бастард, если ты позвал меня сюда, чтобы я стал свидетелем вашего разговора, то мог бы не утруждаться. Я давно наслышан о ее отношении ко мне. А по поводу дочери…