Пора вставать. Собеседование в архитектурном бюро ждать не будет.
***
Весь день прошел как в тумане: офис, душные коридоры, вопросы HR-менеджера, на которые она отвечала почти автоматически, сверля глазами стену за спиной собеседника. Астрид не знала, как описывать пробелы в резюме за последние полгода, поэтому просто сочинила нелепую историю о путешествии в горы, где не было связи. Ей поверили — или сделали вид, что поверили.
Вечером она встретилась с Элиной в небольшом кафе на углу. Элина была ее спасательным кругом в этой новой, странной реальности: веселая, болтливая, всегда знающая, что сказать, чтобы разрядить обстановку.
— Ты выглядишь так, будто видела привидение, — Элина отпила свой латте и внимательно посмотрела на подругу. — Или как будто привидение видело тебя. Астрид, ты снова не спала?
Астрид вздохнула, помешивая остывший чай.
— Кошмары, Эл. Опять. Кажется, я схожу с ума. Иногда мне кажется, что я ищу кого-то… или что кто-то ищет меня. Но стоит мне попытаться вспомнить лицо, как я начинаю задыхаться.
Элина накрыла ее руку своей.
— Слушай, ты была в больнице, проходила терапию. Может, это просто посттравматический синдром? Дай себе время. Ты восстановишься. Ты всегда была сильной.
— Сильной? — горько усмехнулась Астрид. — Я чувствую себя пустой оболочкой. Как будто меня кто-то выпотрошил и забыл собрать обратно.
Они просидели еще час, обсуждая пустяки, работу, покупку нового платья — попытки вернуть ощущение нормальности. Но даже среди смеха подруги Астрид чувствовала этот странный, колючий зуд между лопатками, будто тысячи невидимых глаз сверлили ее спину.
***
Возвращение домой было обыденным: пустой лифт, запах старой краски в подъезде, скрипучая дверь квартиры на третьем этаже. Она возилась с ключами, когда услышала звук открывающейся двери этажом выше.
Астрид подняла голову. По лестнице спускался парень — высокий, подтянутый, в аккуратных очках в тонкой оправе и в свитере грубой вязки. В руках он держал стопку книг. Он выглядел как типичный аспирант, но что-то в его осанке — слишком прямой, слишком контролируемой — заставило Астрид напрячься.
Он остановился, заметив ее, и приветливо улыбнулся.
— О, прошу прощения, я не хотел напугать вас, — сказал он. Голос у него был мягкий, бархатный, с едва уловимой хрипотцой. — Я только что переехал. Квартира 42, прямо над вашей.
Астрид выпрямилась, почувствовав, как сердце странно екнуло в груди. Она заставила себя улыбнуться в ответ:
— Ничего страшного. Я Астрид. Живу под вами.
— Очень приятно. Альберт, — он кивнул, поправляя очки. — Надеюсь, я не буду слишком шумным соседом. Обычно я провожу вечера за чтением или работой.
— Приятно познакомиться, Альберт, — Астрид наконец повернула ключ в замке. Она хотела закончить этот разговор: присутствие незнакомца вызывало странное беспокойство.
— Астрид? — позвал он, когда она уже была на пороге.
Она обернулась. Альберт смотрел на нее очень внимательно. В его глазах, скрытых за стеклами очков, на долю секунды мелькнуло что-то холодное, расчетливое.
— Вы выглядите очень бледной. Вы не заболели?
— Нет, спасибо, я просто… устала после собеседования. Всего доброго.
Она быстро скрылась за дверью, заперев ее на два оборота. Прислонившись спиной к двери, тяжело дыша. Почему этот человек показался ей таким знакомым? В голове всплыло смутное ощущение чего-то тяжелого, чего-то, что было до пустоты. Альбро. Имя пронеслось в мозгу, как искра, и тут же погасло.
— Бред, — прошептала она самой себе. — Астрид, у тебя паранойя.
Она прошла в гостиную, не включая свет. Городские огни пробивались сквозь шторы, окрашивая комнату в сизые тона. Астрид подошла к окну и приоткрыла жалюзи, чтобы посмотреть на улицу.
Тихая улочка спального района. Фонари заливали асфальт желтоватым светом, редкие машины проезжали мимо, нарушая тишину ночи. И вдруг ее взгляд зацепился за фигуру.
Напротив подъезда, в тени раскидистого клена, стоял человек. Он был одет в длинное темное пальто; его силуэт казался неестественно высоким и неподвижным. Он просто стоял, задрав голову, и смотрел прямо на окна ее гостиной.
Астрид отшатнулась, прижав ладонь ко рту. Ее сердце пропустило удар.
— Кто это? — прошептала она.
Она потерла глаза, борясь с желанием задернуть шторы, но любопытство и леденящий страх сковали ее на месте. Она снова посмотрела вниз.
Там никого не было.
Под деревом находилась лишь пустая скамейка и черная тень ветвей, колышущихся на ветру. Пусто. Абсолютно пусто.
Астрид попятилась в глубину комнаты, дрожа всем телом. Боль в солнечном сплетении усилилась, превращаясь в жгучий, пульсирующий огонь. Она схватила стакан воды с тумбочки, но руки дрожали так сильно, что стекло звякнуло о зубы.
— Я схожу с ума, — повторила она в пустоту.
Она села на диван, подтянув колени к груди. В тишине квартиры слышался только шум ее дыхания. Где-то наверху, в квартире 42, скрипнула половица. Скрип был тяжелым, медленным — будто кто-то ходил по комнате, не отрывая ног от пола.
Астрид закрыла глаза. Ей нужно было выбраться из этого лабиринта. Она не знала, кто такой Альберт, кто эта фигура под окном и почему ее тело помнит боль, которой не должно быть. Но она отчетливо понимала одно: ее прошлая жизнь, та, которую она не может вспомнить, начала просачиваться сквозь щели реальности.
Она не заметила, как заснула, но кошмар снова вернулся. Только теперь он был четче. Она видела силуэт мужчины — до боли знакомый, хотя его имя ускользало из памяти. Она видела, как он сражался. И видела себя — ту, что стояла рядом с ним, готовую умереть.
Астрид открыла глаза в темноте. В воздухе отчетливо пахло озоном и серой. Она медленно повернула голову. На подоконнике лежало черное перо, которого там быть не могло.