Внезапная мысль прострелила мою голову. Воспоминание услужливо встало перед глазами.
«Сынок… — тяжело начала Ванесса, — этот человек не тот, о ком можно так легко говорить. Я понимаю, как это выглядит, но давай договоримся. Завтра утром, я все вам расскажу и отвечу на любые вопросы»
Она знала, что умрет. И она специально сказала, что все объяснит утром. Когда я услышал те голоса ночью и начал будить всех, мама была словно бы готова к этому, она знала, что именно в эту ночь она погибнет. И то отчаяние, когда мы зашли в тот переулок… Она специально отсрочила свой рассказ о «друге», чтобы унести его в могилу.
Почему? Почему она ничего не сделала? Мы ведь могли так же спрятаться в канализации и выйти за город отправившись в какой-нибудь соседний, Элдрик бы еще не знал о нас на тот момент. Так почему… почему она предпочла умереть? Что такого мог рассказать ей «друг», за что стоило отдать жизнь? И почему тогда он не помог до того как Элдрик убил их двоих? Чего он выжидал?
Отец… всю жизнь мне хотелось узнать, кто он. Я никогда не верил маме, что он умер в военном походе, это слишком отдавало фальшью. И теперь, вместо того, чтобы помочь мне, он просто растворился в воздухе, отмахнувшись тем, что «родительский долг выполнен». То, что он маг, не поддавалось никакому сомнению, но вот… какая стихия позволяет овладеть телом другого человека? Жизнь?
Как же не хватает знаний… я почти уверен, что в академии я бы смог найти ответы на все свои вопросы, однако… до нее сначала надо добраться.
За своими мыслями, я вымылся и оделся. Теперь, вместо жилета, рубашки и брюк, которые предстояло просушить, на мне была черня рубаха, просторны серые штаны, аналогичного цвета ботинки и бледно-коричневый походный плащ. Наряд типичного путешественника в теплый сезон, ничего необычного.
Вернувшись к Авроре, мы приступили к завтраку. Я ничуть не удивился, когда в рюкзаке обнаружился большой запас сушеного мяса, сухофруктов, сухарей и зерна. Все это было явно заготовлено мамой, когда мы обедали в столовой общежития. Очередное подтверждение, что она знала о том, что их ждет.
— Много… — с удивлением отметила Аврора, — Если растянем и что-нибудь найдем по пути, то можем и на неделю растянуть.
— Угу… — мрачно кивнул я, вгрызаясь в сухарь, — если пойдем вдоль реки, через пару часов можно будет набрать воды. Ты же взяла свой бурдюк?
— Да, он здесь, — кивнула девушка, показывая висящий на поясе кожаный мешочек с пробкой.
— Хорошо, — кивнул я, проверяя свой, — как одежда?
— Уже почти высохла, скоро сможем отправиться.
— Отлично.
Дальнейшая трапеза прошла в молчании. И я и Аврора ясно понимали, о чем стоит поговорить. Мама несла слишком много секретов, и обсудить их было необходимо. Слишком уж странно все произошло, и мне оставалось лишь надеяться, что мы еще встретимся с тем «другом». В ином же случае, был большой риск, что секреты матери так и останутся мертвым грузом на моей душе.
— Гаспер… — донесся до меня голос Авроры.
Девушка склонилась над моей спиной. Видя выражение моего лица, она крепко обняла меня, что вселило толику тепла в тело. Выдохнув, я посмотрел на пламя костра.
Магия. Столь мощная вещь, способная поставить одного человека выше целой армии. Столкновение с Элдриком четко показало разницу. И если когда-нибудь я стану столь же сильным… я обязательно найду его и убью.
Эти ледяные иглы… и научусь делать их. И в конце концов, пронжу его сердце маминым кинжалом, а в глаза воткну по игле. Этот ублюдок не заслуживает большего…
Внезапно я почувствовал, как вздрогнула Аврора. Проследив за её взглядом, стало ясно, что смотрит она на пламя костра… полыхающее синим цветом.
— Гаспер? — неуверенно произнесла она, переводя взгляд на меня, — у тебя глаза светятся.
Я выдохнул, успокаиваясь, и с удовлетворением обнаружил, что пламя костра вновь стало естественным.
— О чем ты думал?
— Об Элдрике…
— Ясно, — вздохнула Аврора, — постарайся… держать себя в руках. Это пугает.
— Я же просто поменял цвет, разве нет?
— Да, но… Понимаешь, это свечение… оно внушает какой-то внутренний страх, когда ты злишься.
— Хорошо, я постараюсь, — кивнул я, — давай собираться?
— Да, давай.
Через пару часов мы уже были в пятнадцати километрах от города и смогли идти уже куда спокойнее. Все же, в близлежащих землях нас все равно могли встретить местные, однако здесь можно было встретить лишь незнакомцев.
— Сколько у нас монет? — спросил я, услышав волчий вой где-то вдалеке.
— Сорок пять медяков и тридцать четыре серебряника.
— Хм… — поморщился я.
— Что такое?
— Нам нужно хоть какое-то оружие. Револьвер стражника ведь ты сохранила?
— Да, но… его ведь сразу же опознают.
— Угу. Такие только у стражи, так что стоит его засветить, нас сразу же повяжут. Поэтому нужно хотя бы обычный. Ну и патронов.
— Дальше по дороге должен быть город, — задумавшись, протянула Аврора, — если поспешим, успеем к ночи. Остановимся там, а на утро сходим, купим. Только во сколько он обойдется?
— Не знаю…
Деньги в Дратворсе были весьма простыми в счете. Каждый серебряник стоил как десять медяков, а золотой уже был эквивалентным сотне серебряников. Ну а эпатажем валюты были мифриловые монеты — те уже являлись деньгами богачей, дворянинов и аристократов. Эквивалент тысячи золотых. Обычно такими расплачивались либо за недвижимость, либо за очень мощные артефакты, но, так или иначе, таких денег было мало. Если же говорить о ценности, то на один серебряник, семья Краулей могла бы прожить целую неделю, питаясь не очень уж размашисто. Ну а так, тот же поход в средненький ресторан мог упасть в четыре-пять медяков. Номера в гостиницах обычно выходили примерно в шесть-семь медяков за ночь, но то если не брать какую-то совсем уж ночлежку.
Сколько же стоило оружие, я понятия не имел. Учитывая, что удивительный сплав технологий и магии требовал магической кузни, стоимость могла бы встать и в десяток серебряников.
— В любом случае, если будет очень дорого, возьмем обычный револьвер, без рун.
На самом деле, разницы как таковой было мало. Огнестрельное оружие не могли делать простые кузнецы, лишь магические, благодаря их способностями придавать четкую форму выплавляемому металлу. Так что хоть обычные пистолеты, хоть рунические делались одним и тем же мастером. Но если будущий обладатель не желал сам раз за разом взводить затвор, он мог взять револьвер с нанесенными рунами, чей механизм как раз и обеспечивал быстрый и безостановочный огонь.
Хотя, я как-то раз слышал, что в столице есть специальные заводы, где при помощи рун и неких механизмов, как-то связанных с паром, револьверы выплавляются автоматически, без какой-либо помощи людей, кроме загрузки сырья. Впрочем, опять же, насколько мне было известно, такое оружие сильно уступало артефактному. Раньше я бы не знал, отчего так, но теперь стало ясно. Выплавка магическим мастером насыщает металл маной, а как известно, мистическая энергия, заключенная в материю сильно улучшает её свойства. То же самое касается и патронов.
— Смотри! — внезапно оживилась Аврора, — там кто-то стоит!
И действительно, на горизонте я мог видеть стоящий на обочине караван, вокруг которого суетились…
— Гномы? — удивленно воскликнул я.
— Пойдем, спросим, в чем дело.
Да, казалось бы, стоило поостеречься, однако вопрос полностью решался тем, что… перед ними гномы. Низенькие, но крепкие мужчины, которые славятся своей безобидностью на тракте, но свирепостью в бою. Основная их часть раньше жила в горах на юге, однако последние двести лет они начали расползаться, внедряясь в человеческую жизнь. Лучшие кузнецы и торгаши выходили именно из них, а уж если случится так, что попадется крайне редкий гном-маг, то к таким за оружием обращались и короли и императоры, не то что простые аристократы.