Еще больше вопросов… Красавица с алыми глазами? Что еще за вздор? Что я должен понять, увидев эту девушку? То, как сильно мама любит меня? Она намекает, что я полюблю кого-то с такой внешностью, потому что так предсказал её друг? Да к черту! Если мой отец настолько могущественен, это значит, что мама знала о том, что я стану Пробужденным. Отчего тогда она скрывала его личность? Какой-то знаменитый маг, однажды пересекшийся с мамой, в результате чего появился я? И теперь, спустя столько лет, заявляется, помогает мне с бандитами, после чего считает свой долг исполненным? Что все те годы, которые мы жили в нищите, можно искупить туманным предсказанием маме, а также моим спасением?
Кажется, у меня появился еще один объект для мести. Когда я отомщу Элдрику, я обязательно найду этого ублюдка и заставлю заплатить по счетам. Смерть на войне была отличным прикрытием, но теперь… теперь он не отвертится.
Я внезапно вздрогнул, ощутив странную тревожность. Холод, жуткий холод поднимался из души. Где-то сзади заскрипели ветки, словно вот-вот сломаясь и тут…
— Парни, к оружию!!! — зазвучал вопль откуда-то сзади.
Сразу же начался переполох. На свету костра блеснул металл боевых молотов а откуда-то со стороны телеги раздались жуткие крики.
— Гимлис!!! — закрикчал кто-то.
Я тут же извлек из ножен кинжал, выхватывая заряженный револьвер. Пять пуль, загруженные в барабан ждали своей очереди, а последняя, шестая, заблаговременно не вставлялась, чтобы пистолет случайно не выстрелил во время наезда на кочки.
Генри тем временем достал откуда-то из под спальника двуствольное ружье, проверяя патроны в стволе. Колыван же ограничился небольшим револьвером, с маленькой рукояткой и очень коротким стволом. Я даже мог припомнить такую модель, очень уж она была популярна у торгашей, ввиду легкости переноски.
Раздались первые выстрелы по все еще неизвестному противнику, однако буквально в одно мгновение они прекратились. Раздались новые крики, означающие чью-то смерть.
И тут… враг наконец показался. Пять голых, полностью лысых тварей, обтянутых тугой кожей. Людей они напоминали лишь головами, в то время как все остальное тело превратилось в подобие звериного. И я помнил, кто это. Ведь именно ими пугали детей…
— Вампиры!!! — заорал кто-то.
Ничего не понимающая сонная Аврора тут же была поднята мной за шкирку и оттащена нам за спину.
Глаза тварей, полностью гнилые и мертвые то и дело прыгали с гнома на гнома, однако стоило им посмотреть на меня, как вдруг все как одна сорвались в атаку.
Прогремел залп выстрелов, однако уже через пару секунд раны тварей затянулись, буквально на глазах выталкивая из плоти раскаленные пули. Вампиры, а именно так назвал их Грег, вновь зашипели, приближаясь к нам.
— Головы рубите! — послышался мне голос Колывана, — рубите головы, иначе оживут!
Прямо на моих глазах одна из тварей плавно уклонилась от взмаха молотом и вгрызлась в горло Грега, если я правильно помнил имя. Тот рухнул на землю, бледнея и слабея на глазах. Веки закатились и гном окончательно погрузился в сон, за которым вскоре последует и смерть, если ничего не сделать…
Переведя взгляд, я заметил, как аналогичным образом вторая тварь всосалась в Гольдбарта, которого я отличал по смешному пампону, то и дело теребящемуся на его шапке. Сейчас же та валялась рядом, испачканная кровью своего хозяина.
Грог отлетел от мощного удара когтистой лапой, вспоровшей тому все брюхо. И это были лишь первые несколько секунд боя… Исход был предопределен. Зря я не взял серебряных пуль.
Внезапно меня повалили на землю, и надо мной зависла тварь, уже разинувшая пасть для того чтобы вонзить клыки в мою шею. Это и есть мой конец? Такой глупый и скоротечный? Просто из-за того, что у нас не оказалось серебряных пуль?
Нет… Перед глазами встал Элдрик. То же самое отчаяние. Те же мысли о бесполезности сопротивления. Но было разительное отличие между этими случаями. Ведь теперь, передо мной не маг, а просто тупая тварь…
— Отцепись! — прорычал я, вгоняя материнский кинжал по самую рукоять, попутно удерживая тварь за шею.
Когти больно резанули по плечам, однако в следующую секунду голова вампира разлетелась, разбрызгивая остатки мозга по моему лицу и окружающей земле.
— Вставай, парень! — услышал я голос Генри, который уже замахивался для еще одного удара.
Быстро вытащив кинжал, я вскочил на ноги, параллельно находя взглядом Аврору. Ту гномы сразу спрятали за своими спинами, а потому, опасность была минимальна.
Ситуация тем временем ничуть не изменилась. Да, тварей осталось четверо, однако и гномы потеряли троих. Тем более, на примере сородича, монстры поняли, что не стоит так больше напрыгивать, а потому аккуратно расползались в стороны, стремясь окружить.
Стоящие позади гномы то и дело обстреливали их из винтовок, однако без особой пользы. И тут холодящий душу вой разошелся по поляне, на которой мы остановились.
Я нервно сглотнул, замечая как вампиры разом вздрогнули, начав суетиться. А из лесу, тем временем, неспешно выходила крупная фигура. Черная, как смоль, короткая шерсть, пробивающиеся сквозь нее мышцы и огромный рост примерно в два-два с половиной метра. Жуткая волчья пасть, заменяющая человеческое лицо и острые уши, торчащие к сияющей луне. А прямо на носу был широкий шрам, доходящий почти до глаза.
— О, Стихии… — тихо прошептал кто-то, — это… это оборотень…
Я не знал, насколько это хуже наших предыдущих проблем, но очень скоро понял. Вампиры бросили нас и пустились в бегство, даже не думая останавливаться. А твари такой силы не могли бояться кого попало.
Тем временем, зверь зарычал, оглядывая нас. Его взгляд вперился в мое тело, и именно после этого он припал на четвереньки, готовясь к рывку. Лошади уже как несколько минут бесновались, норовя порвать поводья, привязанные к деревьям.
С невероятной скоростью, гораздо превышающей вампирскую, оборотень сократил расстояние, вытянув ко мне свои гигантские лапы с острейшими когтями. Прозвучал грохот справа от меня, и зверя ощутимо повело. Вместо того чтобы пронзить меня насквозь, когти лишь черканули по плечу. Оборотень пролетел дальше, аккуратно приземляясь и разворачиваясь во время скольжения по земле.
Он облизал когти, на которых осталась моя кровь, после чего выражение морды изменилось, приняв осторожное выражение. Однако подбежавший Генри заставил тварь выйти из размышлений. Громадная лапа схватила навершие молота, словно то совсем ничего не весило. И тут, пасть разинулась, норовя перекусить руку гнома.
Гнев внезапно поднялся в моей душе, выветривая страх. Рука поднялась, указывая на тварь и в голове прозвучало яростное желание навредить твари. Глаза вспыхнули, я буквально ощутил это, а тело волка отбросило на десяток метров, словно бы на него обрушился гигантский молот.
На поляне потемнело. Луна зашла за облака. Оборотень, либо на это, либо из-за удара издал жалкий скулеж, после чего фигура резко рванула в лес, стремительно скрываясь с наших глаз.
Гномы молча переводили взгляд с меня на оборотня. Глаза понемногу теряли свечение, а я же смотрел лишь на Аврору, держащую в руках двустволку. Именно она отстрелила оборотня, когда он едва ли не убил меня. Отчего то четкое понимание этого зародилось в душе.
— Уезжаем, — прозвучал холодный приказ Колывана.
***
Понемногу светало. А с первыми лучами солнца, народ заметно расслаблялся, понимая, что можно ехать без опаски. Тем не менее, атмосфера стояла крайне тяжелая. Гольдбарт и Грег уже были мертвыми, когда до них добрались, а Грог… тот был на грани, истекая кровью и полыхая температурой. И дураку было понятно, что тот подхватил заражение, которое не вылечить без хорошего мага.