— Поясни.
— На тракте начали все чаще нападать темные. Только сегодня мне доложили о двух случаях. И все это в нашем, центральном районе!
— Хм… — нахмурился Роман, — очень не вовремя.
— Позвольте заметить, ваше Величество, — подал голос молодой мужчина. Роман даже вспомнил его имя.
— Говори, Элдрик.
— Возможно, активность темных обусловлена бунтами в Зарнии? Начало их нападений как раз сходится с введением наших войск туда.
— Да, но какая тут связь? — возразил ему лорд Эвак, губернатор, назначенный им в Эстон.
— Возможно, дело в Пробужденных. Огромное их количество, в знак протеста отправилось из Зарнии к нам, а вы не хуже меня знаете, как темные любят кровь Пробужденных.
— Не настолько, чтобы так массово нападать.
Элдрик пожал плечами, переводя взгляд на императора.
— Что по этому поводу говорит клан Блодер? — проговорил Роман, глядя на самого далекого от него человека. А если точнее… Лорда Вальдемара.
— Прошу заметить, что моя младшая сама сейчас путешествует по тракту, — невозмутимо ответил крепкий мужчина с алыми глазами, одетый в черный фрак, — мы не имеем к этому отношения.
— В таком случае, разберитесь. Лорд Грант, — перевел Роман взгляд на одного из своих генералов, — окажите лорду Вальдемару в этом расследовании максимальную поддержку.
— Слушаюсь, ваше Величество.
— В таком случае, если это все, то можете быть свободны.
Как только последний человек покинул помещение, Роман позволил себе зажмуриться, массируя переносицу.
— Только этого сейчас не хватало… Баэл?
Единственный, кто остался на месте, был его вечный воспитатель и друг. Многие фантазировали, что якобы он манипулирует императором, будучи буквально тем, кто вырастил его, однако это было далеко от истины.
Мужчина, на вид около сорока лет, сидел на одном из самых ближайших к императору мест, сразу справа от него. Обычно слева восседала Виктория, однако сейчас она «резвилась» в Зарнии. Баэл был очень крепким мужчиной высотой в метр девяносто пять. Белые волосы и алые глаза являлись визитной карточкой для Дитя, а его мужественность, воплощенная в идеальном лице и теле являлась объектом мечтаний всех женщин империи.
— Хм… — задумчиво выдал тот, — думаю, что что-то происходит.
— Да ладно… — усмехнулся Роман, — а то я не знал.
— Ты не понял, — терпеливо прикрыл глаза Баэл, — что-то глобальное. Я чувствую, но не могу понять, что именно изменилось. Мой Свет начал чувствоваться слабее…
— Что ты хочешь сказать?
— Адепты Тьмы. Они что-то затевают. Я советую тебе как можно скорее отправить приказ усилить границу, да и отлов следует провести.
— Ни на то, ни на то сейчас нет ни средств, ни возможностей.
— Согласен. Тот артефакт, что Орден нашел в пещере под Лунным Озером, он продолжает набирать силу.
— Думаешь, дело в нем?
— Возможно. Но пока-что я не могу освятить его. Буду пытаться дальше, но это явно показатель, что Тьма набирает силу. Ей не нравится, что баланс сил так сильно смещается к Свету с каждым годом, поэтому следует ждать удара.
— Не нравится? — вскинул бровь Роман, — с каких пор ей что-то не нравится. Она всю имеющуюся вечность демонстрировала отстраненность от мирских дел.
— И все же, это так. Я думаю, уже на это неделе начнет появляться куда больше Пробужденных с предрасположенностью к Тьме.
— Ну… — задумчиво опустил взгляд Роман, — Так это же замечательная новость! Такие студенты сейчас на вес золота! Ты ведь не хуже меня знаешь, что спектр её возможностей гораздо больше обычных.
— Да… — вздохнул Баэл, — к сожалению, именно этого нам сейчас не хватает. Поэтому, скрипя сердцем, но я постараюсь найти побольше таких.
— Искать нет смысла, все они и так проявят себя в академии. Просто… я предлагаю брать каждого такого студента на дополнительное обучение. Ты не хуже меня знаешь, как могут повести себя дети, если вовремя не показать им их ценность.
— Я бы выразился совсем иначе. Многие, едва узнав о своей предрасположенности, бегут из академии, боясь за свою жизнь. И иногда не без причины.
— Ты понял о чем я. В твое время чистка темных магов была действительно нужна. Но сейчас, когда таких практиков почти не осталось, те немногие, кто ими становятся, просто боятся идти на службу. Ты ведь сам учил меня, что Тьма не означает зло, просто она таким воспринимается из-за нашей ранней пропаганды о том что Орден Света это метафорическое добро.
— Да, вынужден признать, Орден слишком уверовал в изначально неверную концепцию Тьмы и Света. Я должен был проконтролировать это в свое время.
— Видишь, даже ты это признаешь. Ведь мой дед был практиком Тьмы и ничего, государство не угробил.
— Хм-м-м… так каков приказ?
— Ну давай начнем так, всех студентов, в ком обнаружится предрасположенность к Тьме, необходимо доставлять сюда на личный разговор. За последние десять лет было всего четыре практика в академии, так что если ты действительно прав, то лучше уж так.
— Хочешь лично говорить с ними? — приподнял бровь Баэл.
— А ты можешь делать все то, что в теории могут они? Или может, кто-то другой на это способен?
— Хорошо, но я буду присутствовать.
— Без проблем. Артефакт слишком важен, чтобы упускать столь редкие в наше время дарования. Да и… сколько лет Темный вестник с нами отказывается сотрудничать? Тридцать?
— Где-то так, — кивнул Баэл, — ему скоро двести лет исполнится, а он так и не желает продолжать преподавать. Чистка тяжело сказалась на его отношении к нам.
— Что есть, то есть… ладно, надеюсь, все так, как ты сказал.
— Посмотрим…
***
И вновь то же место. Бескрайняя травяная гладь, прерываемая лишь хижиной с черной дверью, замотанной цепями и замками.
— Выходи, — спокойно произнес я, даже не пытаясь двигаться, — я не знаю, кто ты, но мне надоели эти игры в кошки-мышки.
Ответом была тишина. Вздохнув, я попытался двинуться в направлении дома, однако как и в прошлый раз, ноги словно погрузили в болото, не давая толком передвигаться. Впрочем, все равно было легче чем ранее.
Получилось даже сделать несколько шагов, прежде чем рука, полностью замотанная в серые бинты схватила мое плечо.
— Уже лучше… — зазвучал вибрирующий голос, — но ты все еще не достоин видеть меня.
На этом видение подошло к концу, и я начал медленно просыпаться. Спектр ощущений от затекшего тела не давал толком расслабиться в своем пробуждении, однако это мне не мешало. Не знали комфорта, так не будем же его ожидать.
В телеге никого не оказалось, однако по окружающим звукам можно было понять где мы. Очередной перевалочный пункт, где мы задержимся до завтрашнего утра.
Спрыгнув на землю, я оглядел рынок, на котором мы и остановились. Гномы уже вовсю раскладывали товары на полотнище возле телег, однако несмотря на весьма быстро набирающуюся очередь покупателей, выражение лиц гномов было далеким от радости.
Оглядывая мешки круп, лежащие в одной из телег, я вспомнил о конечном пункте нашего путешествия. Именно в Эстоне эти мешки будут проданы, все же остальное, что сейчас продают гномы это так, лишь быстрая прибыль. Разного рода безделушки.
— Гаспер, — услышал я голос Авроры, подбежавшей откуда-то сбоку, — ты как?
Я окинул взглядом бинты, наложенные на руки и принялся разматывать их. Следы от когтей все еще были, однако уже не столь сильные.
— Пойдем, обработаю.
— Угу… Послезавтра уже затянутся.
— Да знаю я… — махнула рукой Аврора, — но ты же помнишь, обрабатывать необходимо всегда.
— Помню, помню…
После непродолжительной перевязки, Аврора вновь утекла к гномам, помогать с торговлей. Она в этом деле была очень натасканной и едва ли не имела полноценного таланта. Забалтывать людей, уговаривая их купить больше чем нужно у неё выходило даже лучше чем у мамы.