- Могу я поинтересоваться, как вы тут оказались, моя дорогая супруга? Да ещё и в мужском платье? - не глядя на жену, будто само зрелище это ему сильно досаждало, поинтересовался, наконец, Дарин.
- Конечно, можете, - со всем доступным ей смирением, которого в своей поистине бездонной душе девушка - при желании - могла набрать совсем немало, ответила Ларелла.
И замолчала.
- Так я жду ответа, - напомнил грозный принц, продолжения так и не услышавший.
- Ждите, - добросердечно ответила принцесса. - Я сказала, что вы можете поинтересоваться. Но это вовсе не означает, будто я вам отвечу.
- То есть, объяснений я от вас не дождусь? - уточнил Дарин, во всем предпочитающий ясную определённость.
- Не дождётесь, - с милой улыбкой ответила нежная супруга.
Жаль, что Его Высочество не мог оценить всей прелести лица девушки, так как при всех своих многочисленных способностях, глазами на затылке он ещё не обзавёлся. А ведь Ларелла не только сложила губы в чарующей улыбке, но и носик сморщила, продемонстрировала розовый язычок и, высоко задрав брови, выпучила глазки. В общем, состроила довольно жутенькую рожицу.
- Я даже спрашивать у вас не буду, каким образом вы сумели покинуть обитель святых сестёр, - кивнув, будто другого он от своей жены и не ждал, тоном государственного обвинителя продолжил принц. - Чем дольше я с вами общаюсь, тем больше убеждаюсь: в момент вашего зачатия не обошлось без самого Нечистого. Но мне по-человечески интересно. Вас совесть не гложет?
Ларелла немного поколебалась, выбирая из простого «Нет!» и «А что это такое?» наиболее удачный ответ. И решила ограничиться нейтральным вопросом.
- А почему, собственно, меня должна донимать совесть? - невинно поинтересовалась принцесса.
- Все королевство считает, что вы молите Отца как можно скорее даровать трону наследника. А вместо этого вы рассекаете невесть где. Да ещё и в штанах!
- Сделайте милость, объясните, что вас злит больше. Что я хожу в штанах или то, что я ослушалась ваше приказа? - тоненьким голоском кающейся грешницы поинтересовалась Её Высочество.
- И то и другое в равной степени, - ни на минуту не задумываясь, отрезал Дарин.
- Тогда, клянусь, я больше ни разу не поступлю так, как вы велите. И по возвращении во дворец прикажу сжечь все юбки. А сейчас у меня при себе платьев все равно нет, - спокойно констатировала смиренная супруга.
Лара отошла от двери, брезгливо провела ладонью по покрывалу на кровати. Убедилась, что оно собирает пыль уже не первое десятилетие, а знакомить со щёткой его никто не спешит, уселась на край постели. Весьма вызывающе закинув ногу на ногу.
- Кроме того, дорогой мой, просто обожаемый супруг, мне никогда не бывает стыдно за то, что я не занимаюсь бессмысленными занятиями, - закончила она наставительно.
- Вы молитвы называете «бессмысленным занятием»?
Дарин изволил-таки взглянуть на девушку. Но, впрочем, глаза он тут же и отвёл, вновь занявшись изучением старых и, в общем-то, ничем не привлекательных ставен.
- Молитвы сами по себе, конечно, могут принести пользу, - вынужденно согласилась Ларелла. - Но не в данном случае. Насколько мне известно, для зачатия наследника требуются как минимум трое.
- Трое? - до глубины души поразился Дарин и даже обернулся.
Видимо, у него имелись другие сведения о процессе производства младенцев.
- Именно так, - серьёзно кивнула Её Высочество и наставительно добавила, - Женщина, Отец Небесный и мужчина. Насколько я знаю, в истории зафиксирован как минимум один случай, когда обошлось без последнего. Но и тогда к Чистой Деве сошёл ангел и возлёг с ней на ложе. Боюсь, что меня даже ради трона анкалов такой чести не удостоят.
- Тем более, когда вы пренебрегаете молитвой, - нехорошо усмехнулся принц.
- Тем более тогда, - не стала спорить на удивление покладистая Ларелла. - И вернись я из монастыря в положение, вы бы первый, не смотря на свою набожность, усомнились в непорочности зачатия, не так ли? Вот во избежание недоразумений я и решила попутешествовать.
- Нисколько не сомневаюсь, что в этом и кроется истинная причина, - ещё мрачнее хмыкнул Дарин. - Этот рыжий - ваш любовник? - без всякого перехода резко спросил Его Высочество.
- Вы в своём уме? - не столько возмутилась, сколько удивилась Лара. - Конечно же… да.
Она и сама не знала, какую выгоду можно извлечь из согласия. Но почувствовала, что со временем выгода найдётся, потому и передумала. Может быть, этим фактом она сможет хоть немного досадить противному супругу, кто знает?
- У вас удивительно примитивный вкус, - поморщился Великолепный. - С таким же успехом вы могли взять в компанию жеребца.
- А жеребец у меня уже есть, - пояснила Ларелла. - Знаете, как говорят у нас на севере? Каждая уважающая себя дама должна обладать четырьмя животными: вороным жеребцом в конюшне, белоснежным песцом на плечах, горячим львом в постели и безотказным бараном, который за все это платит.
- Даже не буду пытаться догадываться, какая из ролей отведена мне.
- Не стоит. Это и впрямь задачка не из простых, - сочувственно покивала принцесса. - Не перетруждайтесь. А то геморрой вылезет.
- Заметьте, я вам не хамил, - совсем уж помрачнел Его Высочество. - Видимо, пора начать.
И сделав столь парадоксальный вывод, Великолепный Дарин стремительно покинул комнату, швырнув брус, выполняющий роль задвижки, в угол.
От стены откололся и практически бесшумно рассыпался невесомой пылью пласт штукатурки. Принцесса даже не вздрогнула.
***
- Я её придушу собственными руками! - взбешённым быком ревел принц, расшвыривая ногами ни в чем, в общем-то, неповинную солому, укрывающую дощатый пол конюшни. - Разорву напополам! А потом четвертую! Шею сверну.
Его предусмотрительный младший братик наблюдал за разыгрывающейся трагической сценой с верхней ступеньки лестницы, ведущей на сеновал. Далан считал себя не только предусмотрительным, но ещё и умным юношей. Потому на ступеньку он уселся не просто так. Не смотря на сострадающую позу - локоть поставлен на колено, а кулак горестно подпирает щеку - блондин приготовился к любым неожиданностям. Если бы лестницу из-под него вышибли, красавчик вмиг успеет забраться в люк. А вздумай кто попытаться подняться наверх, Далан с лёгкостью мог скинуть лестницу и опять же скрыться на сеновале. А там ему и психующий брат не страшен. Как бы не Великолепен был Дарин, а росту допрыгнуть и у него не хватало.
- Так опозорить на все королевство! Лопухом выставить! Ослом! Мальчишкой!
- Ну что ты сразу… - успокаивающе прогудел красавчик. - Можно подумать, она первая женщина, которая любовника себе завела.
- При чем тут её любовник? - окончательно вышел из себя Его Высочество, на все королевство прославившийся своим холоднокровием.
Тут уж даже жеребец принца, испуганно косясь, попятился вглубь загона. Животное неплохо знало нрав своего хозяина. И в конюшне - не в этой конкретно, а в конюшнях вообще - Дарин бушевал не в первый раз. С горяча он мог и стойло начать рубить. Не то чтобы конь опасался, что господская карающая длань опустится на его крепкую шею. Но в запале чего только не сделаешь. Ну его к Нечистому. Лучше уж в стороне держаться.
Жеребец оценивающе глянул на щелястую стену у себя за хвостом, прикидывая: сможет он её выбить копытами или нет. Да-да, дружок, я ничуть не преувеличиваю. Именно так он и сделал. Знаешь, новомодное учение о том, что каждая живая тварь развивается, то есть, эволюционирует? Так вот, ни что так не подстёгивает прогресс, как оправданные опасения за собственную шкуру.
Ну а пока его собственная лошадь эволюционировала и совершенствовала стратегическое мышление, Дарин продолжал буйствовать. Он метался вдоль стойл, словно зверь в слишком тесной клетке, не забывая распинывать солому.