Красивая брюнетка с пышными формами в черном атласном платье была отличным дополнением к состоянию старого ликарнаса. Ее крылья украшены по последнему писку моды золотой пыльцой. На шее висело ожерелье из черных переливающихся на свету камней, стоимостью с городок. На запястьях ликарнаски - дутые браслеты-ящерицы с изумрудами-глазами.
Женщину Каэриан нашел на их старом месте, где они часто встречались - холодный парк с ядовитыми цветами темного зеленого цвета, парочкой небольших фонтанов, давно покрывшимися цветущими лианами, и озером с безобидными "рыбками". Принцу доставляло некоторое удовольствие заставлять Спику мерзнуть в парке, да и ее духи на свежем воздухе не так сильно доставали мужчину резким запахом.
Раньше, в далекой неопытной юности Каэриан восхищался этой женщиной, старше его почти на двести лет, теперь же она вызывала откровенное раздражение. Приходя к ней, принц, словно шел на нелюбимую давно приевшуюся работу, с которой вроде бы и хотел расстаться, но обстоятельства вынуждали его снова и снова идти к ней.
- Любимый, наконец-то, ты пришел! - воскликнула она, бросившись к нему на шею.
Каэриан вяло принял объятия, стараясь задержать дыхание, дабы не вдыхать приторный сладкий запах, и сразу же перешел к делу - начал расстегивать женщине сзади платье.
- Какой же ты нетерпеливый, любимый! - захихикала игриво Спика.
Слово "любимый" в ее исполнении резало принцу слух. Он желал быстрее все закончить и отправиться "лечиться" к веронке. Главное аромат духов ликвидировать с одежды, а то ему не хотелось, чтобы Лимра учуяла запах другой женщины. Мало ли, вдруг приревнует, а снова воевать с молодой женой - удовольствие ниже среднего. Временный и шаткий нейтралитет ему нравился больше, чем враждебный конфликт.
О Лимре ему стоило подумать раньше. Он и не подозревал, что она все видела, находясь на одном из балкончиков замка, выходящем в парк. Веронка смотрела на них сверху и в ее глазах застыла мука. Скольких душевных сил ей потребовалось, чтобы не устроить сцену ревности, она и сама не знала. Ей просто хотелось провалиться вернуться домой и забыть обо всем.
- Больно? - спросили рядом.
Молодая женщина обернулась. Позади нее стоял Киэл, в его глазах еще не погасло белое пламя. Она не заметила его прихода, что с ней с роду не бывало. Наверное, действительно больно, раз не почувствовала присутствие вевара.
- Не хочешь отвечать, не отвечай, - попытался улыбнуться вевар, но улыбка вышла кривой и неестественной.
- Киэл, у меня к тебе вопрос, - попыталась остаться равнодушной веронка.
- Да.
- Кто травит твоего брата, чтобы он стал бесплодным?
На лице младшего принца отразилось искреннее изумление.
- Травит?.. Каэриана?.. Ты шутишь? - с некоторым опозданием уточнил он.
- Если бы это была шутка, я бы об этом не спрашивала, хотя и так ясно, что ты, как и все остальные не знаешь об этом, - она с гневом поправила короткий белый плащик и вернулась в помещение, пошла вдоль длинного коридора с картинами прежних королей ликарнасов.
Киэл последовал за веронкой, напряженно размышляя.
- Значит, наследника не будет, - проговорил младший принц, поравнявшись с ней.
- Через девять месяцев или меньше будет, - фыркнула Лимра, - но для того, чтобы он был мне нужно знать, чем травили Каэриан, ведь если слух о моем положении распространиться, меня тоже могут отравить.
- Дыхание исправило положение? - догадался Киэл.
- Именно. По какой-то причине меня не пустили на кухню, я хотела поговорить с поварами, отвечающими за завтрак, обед и ужин принца.
- Не удивительно, туда пускают только королеву, она бывает ужасно мнительной. Случалось такое, что она головы рубила за плохо прожаренное мясо. И это может быть не пищевой яд, - заметил вевар. - Я попытаюсь выяснить из своих источников, здесь явно не обошлось без женской коварной ручки.
- Киэл, за триста лет у принца не было ни одного внебрачного ребенка, - остановилась принцесса напротив одной из картин. - Я просмотрела архив, ни одного. Все женщины либо погибали, либо теряли плод. И в течение последних сотни лет ни одной беременности. Кому-то невыгодно, чтобы у твоего брата был ребенок, мне интересно кому и по какой причине.
- Знаешь, врагов у нас полно, поэтому сказать точно я тебе не могу, да и вряд ли кто-то сможет, - в его глазах отразилось недоумение. - Я даже предположить не могу, кому взбрело в голову отслеживать всех женщин принца. Это надо быть... психопатом, чтобы такое долгое время заниматься любовницами братишки. Да и... Каэриан неразборчив в... связях.
- Я заметила, - холодно отозвалась.
- Мы просто кокнемся, у меня так точно мозги закипят. Теперь нам придется перебирать всех его женщин, а заодно и их ревнивых мужей...
- Что это за запах? - нахмурилась Лимра и приблизилась к застывшему Киэлу. Принцесса принюхалась к его одежде, взявшись за воротник изумленного принца. - Ты знаешь, что это такое?
- Наверное, духи Спики, - не хотя, проговорил Киэл. - Она вечно надушится ими так, что с ней невозможно рядом стоять.
- Это не духи, - возразила веронка с гневом, - это масло "Ядэф"(18), его использование запрещено, потому что оно вызывает бесплодие у мужчин. Для женщины оно безвредно, но при попадании на кожу мужчин вызывает неприятные последствия. Оно едкое и сразу же впитывается. Говоришь, эту женщину зовут Спика? И кто она, важная фигура в политическом мире? Она хорошо разбирается в ботанике?
18) Ядэф трехлистный - жизнестойкое многолетнее низкорослое растение бурого цвета. Растет в дальних темных мирах. Благодаря мощной корневой системе и эластичному верхнему слою способно выживать в экстремальных условиях. Цветет темно-синими цветами. Плодоносит, ягоды ядовиты и к употреблению в пищу не годятся. Из ягод делают яд, а также при особой обработке из них получают масло с приторным сладким запахом. Использование масла запрещено как в темных, так и в светлых мирах из-за того, что может вызывать импотенцию у мужчин либо последствия, ведущие к бесплодию.
- Она подстилка, важная фигура ее муж, - пожал плечами Киэл. - Подозреваешь, что это она сделала?
- Муж знает о ее похождениях? - резко спросила Лимра, заламывая руки.
- Да.
- Значит, не она, а, возможно, муж. Хотя я не могу быть уверена, ведь я о нем ничего не знаю. Ядэф не продают на улице, его можно купить только у контрабандиста и то, не у каждого. Вряд ли женщина будет мазаться запрещенным маслом, лишь бы принц стал бесплодным. Если она такая, как ты говоришь, ее мысли далеки от политического мира, поэтому остается ее муж.
- Старый пройдоха. А ведь и, правда, после Никаэры всего несколько семей претендуют на трон, Спика и ее супруг в их числе. Если родится наследник ликарнасов, притом чистокровный, трона им не видать. Эм... а на меня это тоже подействовало?
- Ты с ней...
- Нет!! - возмущенно воскликнул.
- Тогда дай руку, - когда вевар протянул ей ладонь, Лимра быстро провела ногтем по его коже и слизнула капельку крови со своего пальца. - Нет, с тобой все в порядке.
- Отлично, - облегченно вздохнул, - теперь я буду от нее держаться как можно дальше. А откуда ты знаешь об этом масле?
- У меня обоняние тонкое, а у нас в черном замке часто приходилось иметь дело с ядами. Как-то ягоду этого растения бросили в тарелку супа ныне покойному графу. Его постигла страшная смерть, - содрогнулась принцесса от неприятного воспоминания. - Я на всю жизнь запомнила этот запах.
- У нас чаще убивают холодным оружием, - пожал плечами Киэл. - Ликарнасы не уважают яды, им привычнее кинжалом ударить под лопатку, чем разбираться в травах, которые могут и не сработать.
Лимра кивнула и выпустила изо рта облачко. Через пару минут Киэл заметил, что к ним направляется одна из фрейлин королевы. Его не сильно удивило, что принцесса веронов прибрала к рукам кого-то из девочек его матери.