Она улыбнулась собственным мыслям и поднесла раковину к губам.
– Привет! А я нашла свою раковину, представляешь? Оказывается, все это время она валялась среди хлама в старом сарае, куда ее забросил отец. Он там все свое старье хранит. Я уж и не думала, что когда-нибудь увижу ее снова. Я должна тебе кое-что сообщить. Я родила ребенка. Неожиданно, да? Но я говорю все как есть. Я родила ребенка, мальчика. Его зовут Симон. Вообще-то первоначально я назвала его Соломоном, но теперь он Симон. Он не со мной. Мне пришлось отдать малыша. Его усыновила одна богатая супружеская пара. Ему у них будет хорошо. Его приемный отец – университетский профессор, весь такой умный… Я знаю, у Симона будет хорошая жизнь. Я уверена в этом… Но если бы ты знал, как мне не хотелось отдавать нашего сына в чужие руки… У меня до сих пор душа болит, как подумаю о нем. Он такой красивый! И так похож на тебя!
Наконец-то у Дот появился постоянный собеседник – морская раковина. А больше ей никто и не был нужен. Она по-прежнему продолжала сторониться всех домашних. Украдкой заглядывала на крохотную веранду, словно злодей, пробирающийся в дом со злым умыслом, старалась незаметно проскочить из своей комнаты в ванную и обратно, моля Бога лишь об одном – не столкнуться носом к носу с родителями. Единственный человек, кто не замечал всех перемен, происходивших в доме, – это сестренка Ди. Девчушка, как и раньше, врывалась в комнату Дот безо всякого предупреждения. Возвратившись из школы, тут же торопилась поделиться с сестрой своими последними новостями, а заодно и продемонстрировать текущие успехи в деле освоения таблицы умножения. Причем для Ди не имело никакого принципиального значения, участвует ли в разговорах сама Дот. Чаще всего ей просто нужна была аудитория, хоть какой-то слушатель, который бы внимал ее рассказам. Но вот однажды вечером, когда она безупречно, без единой ошибки, продекламировала старшей сестре всю таблицу на восемь, не получив ни слова в ответ, не говоря уже о похвале, Ди вдруг неожиданно сказала:
– Ты плохо выглядишь, Дот! Неужели у тебя снова начали болеть гланды?
А тут еще Барбара нагрянула. Дот уже пробыла больше двух недель в родительском доме, когда новость о том, что она вернулась из Кента, дошла наконец и до ее подруги. В тот вечер, когда она услышала на лестнице веселый голосок Барбары, щебетавший о чем-то с ее матерью, Дот в первую минуту готова была прикинуться спящей или даже вообще прогнать ее прочь. Она не хочет встречаться с Барбарой! Пока не хочет… Да и захочет ли когда-нибудь? Это еще большой вопрос. Но, по-видимому, мама считала иначе.
– Проходи, Барбара! Правда, она вся простуженная такая… но она будет рада увидеть тебя. Очень рада…
Мама солгала, по крайней мере, дважды: и насчет ее простуды, и насчет радости. Впрочем, чуть больше лжи, чуть меньше – сейчас это уже не имеет никакой принципиальной разницы. Вокруг нее и так громоздятся горы, залежи лжи. Этой ложью забита вся ее голова, она проникла в самые дальние извилины ее мозга, и от нее никуда не деться.
Барбара осторожно постучала, не дожидаясь приглашения входить, взялась за дверную ручку и влетела в комнату. А уже в следующую секунду она стояла рядом с кроватью Дот.
– Привет, подруга! Давненько же мы не виделись!
Дот натянула одеяло до самого подбородка и выдавила из себя жалкое подобие улыбки. Но вот что удивительно! Как только они начали болтать, то тут же появилось ощущение, что они с Барбарой расстались только вчера. Никакой заминки, неловкости, никаких недомолвок… Вот что значит настоящая дружба! Не важно, как давно вы не виделись, главное – вы возобновляете свои контакты с такой легкостью и непринужденностью, будто и не было этих нескольких месяцев разлуки.
– Бог мой, Дот! Видок у тебя хуже некуда! Твоя мама говорит – простуда, но ей-же-богу! – краше в гроб кладут! Что они там тебя заставляли делать, на этой чертовой ферме? Ты что, за плугом ходила?
– Именно что за плугом! – тихо обронила Дот. – Все еще никак не могу прийти в себя.
Хоть здесь она не покривила душой и сказала правду.
– Давай, подруга, приводи себя в порядок! К субботе чтобы была в норме! Вечером у нас с тобой мероприятие! – Барбара всплеснула руками, не в силах скрыть радостного возбуждения. – Представляешь? Приятель Уолли играет в группе… Ребята с успехом выступают по всему городу со своими концертами. Вот на одну из таких вечеринок мы и пойдем!
– Не знаю, – неуверенно промямлила Дот. – Там видно будет!