43
Среда, 11 апреля 2012 года
Нынче утром я чувствую себя намного крепче. Гораздо лучше, нежели в последние недели. Не знаю почему, но я тянусь к телефону и звоню Джуд, чтобы с ней этим поделиться.
– Привет, Джуд.
– Ого, два звонка всего за неделю! Я польщена, – говорит она. – Голос у тебя бодрый.
Чего не скажешь о ней.
– С тобою все в порядке? – справляюсь я, хотя на самом деле вовсе не хочу слушать о ее проблемах. Боюсь растерять свое приподнятое настроение.
– Да, да, – быстро отвечает Джуд. – Ну а ты что такая оживленная?
– Просто мне сегодня очень радостно. – И, сама того не желая, перехожу к новостям, так поднявшим мне дух. – Помнишь про того младенца, о котором я тебе говорила – что похоронен был на Говард-стрит? Так вот, его идентифицировали как новорожденную девочку, исчезнувшую сорок лет назад. Элис… как-то там.
– Ирвинг. Элис Ирвинг, – поясняет Джуд. – Да, я уже слышала в новостях. Она пропала еще до того, как мы туда переехали.
– О, так ты помнишь ту историю? Я ушам своим не поверила, когда услышала по радио!
Голос у меня становится каким-то полоумным, и я пытаюсь успокоиться, делая глубокие вдохи.
– Я тоже. Это совершенно невероятно. – Однако в ее голосе нет никакой взбудораженности. Вообще нет никаких эмоций.
– То есть вряд ли это сделали те наркоманы, – говорю.
– Похоже, что нет, – соглашается мать. – Это случилось так давно, что, боюсь, уже никогда не узнать правды.
– Ну что ты, Джуд, у полиции нынче совершенно новые методы работы. Удалось же им после стольких-то лет выявить соответствие образцов ДНК.
– Ну да, так они говорят. А ты-то почему вдруг так этому радуешься?
– Да нет, просто любопытно.
Джуд же это явно не интересует, и она скорее меняет тему разговора – естественно, переключаясь на Уилла.
Она вновь на нем зациклилась. И настроение у меня резко падает.
– Что-то от него ничего не слышно, – говорит Джуд. – Как думаешь, может, мне ему позвонить?
– Нет.
Это неправильный ответ, и голос у Джуд сразу делается жестче:
– Ну, я все равно собиралась это сделать. Уж не знаю, на самом деле, зачем тебя спросила. Ты думаешь только о себе и своих чувствах. У тебя есть муж, работа, коллеги, друзья. А у меня кто? Дочь, которой я почти не вижу? Мне необходимо, чтобы в моей жизни был кто-то еще. Я очень одинока, Эмма.
Это редкое признание от моей матери, и я пытаюсь проявить сопереживание.
– Извини. Я не знала, что с тобой такое происходит. Если хочешь, буду звонить тебе чаще, хотя, похоже, мы всякий раз заканчиваем размолвкой. А ты что, совсем не видишься со своими бывшими коллегами по работе или с подругами?
– Они все либо очень заняты своими семьями, либо уже на том свете. Я, видишь ли, уже вхожу в тот возраст, когда кажется, что чуть ли не все, кого я знаю, умирают. Интересно, когда же моя очередь настанет.
– С чего это? Ты приболела?
– Нет, просто чувствую себя сегодня очень старой. Но ты обо мне не беспокойся.
Сразу чувствую, как во мне вспыхивает раздражение. Она мною манипулирует. Я это знаю, и она это знает, но я ничего не могу с этим поделать.
– А что, если тебе записаться в какой-нибудь клуб или пойти на какие-нибудь вечерние занятия, – предлагаю я матери, отчаянно ища способ вывести ее из этого подавленного состояния.
– Мне это не интересно. С чего бы меня вдруг потянуло плести корзинки или заниматься групповыми танцульками. Мне нужен кто-то, с кем можно поговорить, кто способен меня встряхнуть, развеселить. Кто мог бы обо мне позаботиться.
– Неужели не найдется кого-нибудь получше, чем Уилл Бернсайд?
– Не найдется. Я уже искала, – отвечает Джуд. – К тому же Уилл – это любовь всей моей жизни, и ты прекрасно это знаешь. И вообще, сама ты в этом деле не шибко преуспела.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Знаешь, выйти замуж за того, кто тебе в отцы годится, – клише.
Я на это не ведусь. Ухожу в глухую оборону, гася в себе удары. Однако от этого делается только хуже. Джуд терпеть не может, когда я так умолкаю, и теперь, закусив удила, она вытягивает на-гора все свои прошлые обиды и претензии.
– И в итоге ты просто сделаешься при нем сиделкой! – кричит она в какой-то момент, и я понимаю, что ее великое разочарование во мне мы так никогда и не одолеем.
– Послушай, мне надо идти, Джуд. Извини, что снова тебя расстроила. Я перезвоню тебе попозже.
И отключаю связь, еще не успев положить на рычаг трубку.
44
Среда, 11 апреля 2012 года