— Прости, я не имею права что-то у тебя просить, — начал я сразу с порога. — Но, очень прошу, помоги узнать, где сейчас Энтони.
— Рори!
От неожиданности я вздрогнул, мои ноги обхватили маленькие ручки, и я с удивлением увидел Дороти.
— Что ты тут делаешь?
— Это я ее сюда привел, — произнес художник.
Хьюго рассказал мне, что под утро у него было видение, после которого его не покидало чувство, что скоро все очень сильно изменится. Пророческое чутье привело его к дому, где пряталась Дороти. Он, не найдя меня, отвел девочку к себе. Его способности проявились очень вовремя, ведь кто-то из этих нелюдей мог вернуться в дом. Страшно подумать, что было бы с Дороти, если бы они ее заметили.
— Что ж… Могу не волноваться, что она побудет сейчас с тобой?
— Лучше уж тут, чем на улице, — ответил художник и нежно посмотрел на девочку. — Так что ты там говорил?
— Мне срочно нужно узнать, где сейчас мой друг. Помнишь, я приходил с ним в прошлый раз? Он тоже медиум.
— Я… что-то припоминаю. В любом случае, вижу по твоему лицу, что дело серьезное. Я, конечно, помогу. Что мне еще остается делать?
— Спасибо!
Мы сели друг напротив друга, а Дороти попросили тихо вернуться в уголок коморки. Хьюго сделал глубокий вдох и выдох, я легонько прикоснулся к его голове.
— Сосредоточься. Он был с меня ростом, шатен, болотного цвета глаза… — под мое бормотание художник стал погружаться в полусонное состояние, мои руки прижались к его голове сильнее. После минуты «погружения» я в нетерпении спросил: — Ты видишь Энтони?
— Его… Спустили по лестнице.
— А где ты?
— Я стою наверху, а его тащат вниз.
— Что возле тебя?
— Тут нет ни одного дома поблизости, обвалившееся здание, кирпичи. Это бывшая часовня.
— Часовня?
— Темно… Очень темно. Ничего не видно.
— На улице ночь?
— Нет, здесь холодно и сыро. Кровь…
Вдруг Хьюго открыл глаза. Он проснулся. Это хорошо, ведь я уже подумал, что он опять упадет как припадочный. В прошлый раз так и было, но и Руперт, конечно, тоже еще тот допрашиватель.
— У вас тут есть часовня?
— Часовня? Что это? — он посмотрел на меня непонимающим взглядом. — Я помог тебе?
— Да, получилось. Спасибо.
Видимо, спрашивать его дальше было бессмысленно. В любом случае у меня теперь есть зацепка. Я еще раз поблагодарил Хьюго и уже было побежал на выход, как он неожиданно произнес:
— Забирай девочку себе. Она тебе нужна, как и ты ей.
Что-то подобное я слышал, когда мы встретились с ним в баре.
— Не могу…
— Все ты сможешь.
Я еще раз посмотрел на Дороти, тихо сидящую в уголке. Эти кудри, маленькие ручки, серые хрустальные глаза, окостенелая душа... Не могу я взять на себя такую ответственность. Мои дела и мысли — хаос, который постоянно присутствует в жизни. Девочка и так настрадалась, так зачем мне делать ее жизнь еще хуже своим присутствием?
Дороти посмотрела на меня вопросительным взглядом, будто тоже хотела узнать, заберу ли я ее.
— Я еще вернусь. Обещаю.
Когда я закрыл за собой дверь мастерской, на душе стало еще тяжелее. В любом случае сейчас нужно хотя бы выполнить это обещание и вернуться. И не одному.
Часовня… Уж если кто-то и знал место, куда Арчибальд мог прятать своих жертв, то это Изабель. Правда, боюсь вообще идти хоть к кому-то после этой бойни в туннелях. Кто знает, что в итоге со всеми стало? Жива ли она? Может, Сакс все-таки всех перестрелял и теперь бегает по городу в поисках меня? Хотя, по сути, я просто бешу его. Зачем ему меня убивать? Но что может прийти в голову безумцу, никому неизвестно…
И все же… Возможно, есть смысл сначала наведаться к нему. Он напрямую пошел против Арчибальда. Сейчас он мог стать самым ценным союзником. В участок идти опасно, поэтому я пошел к нему домой.
У дома Саксов меня сразу же смутило, что входная дверь полуоткрыта. Я аккуратно зашел внутрь, темный коридор осветил солнечный свет, и на полу отчетливо прорисовался ковер, окрашенный в красный цвет. Меня одолело тревожное предчувствие. Я пробежал весь коридор по кровавому следу огромной ноги до комнаты миссис Сакс. Дверь была открыта, камин до сих пор горел и освещал простреленную грудь женщины. На меня смотрели только черные пустые глаза, душа уже давно ушла отсюда. Ее одежда и пол были окрашены кровью, здесь же и начинался кровавый след. Такой огромный размер ноги мог принадлежать либо Эйдену, либо Арчибальду. Оба варианта — не самые лучшие перспективы.