Я начал медленно вспарывать ему живот, из которого потекла темно-красная кровь. Вонь невыносимая, но нужно терпеть. Вместо кишки у Мамона внутри оказался инструмент, с виду напоминающий большую дудку без дырок. Я вытащил окровавленное орудие из чрева. Видимо, это и есть тибиус, о котором говорила Дорайн. Еще бы понять, как этим пользоваться...
Я потерял все ниточки, которые могли привести меня к цели. Оставалось одно: найти Арчибальда и по его воспоминаниям понять местонахождение Энтони. Учитывая ситуацию, этот нелюдь точно придет лишь в одно место...
* * *
Господин Арчибальд еще сильнее сжал мой локоть и достал пистолет, направив на меня. В ушах без остановки повторялись его слова: «Вашего Рори больше нет».
В эту секунду губы души-близнеца зашептали, я отчетливо услышал каждую букву.
— Я слышу!
— Прекратите эту комедию.
— Нет-нет, я серьезно! Ваш брат говорит со мной.
Господин Арчибальд на миг остановился и внимательно посмотрел на меня.
— И что же он горит?
Тогда я стал внимательно слушать изуродованную душу. В первую очередь меня удивило, что голос у него был детский. Затем от услышанного волосы стали дыбом. И как я скажу такое ему?
— Если вы сейчас же не ответите, я вышибу вам мозги.
— Ваш брат, он вас ненавидит…
— Лжете.
— Он говорит, что из-за этого мучает вас. И что Дорайн Эйнсворт толкнула его в огонь. А вы слушаете ее как послушный баран. Он говорит…
Да он же убьет меня за такие слова!
— Ну!
— Он сказал: «Тео, ты — чудовище».
Удар пришелся мне по лицу. Что ж, я ожидал, что будет хуже. Хозяин дома начал крушить всю мебель, на пол полетел диван, разбилась посуда. Он кричал как дикий зверь, отчего сбежалась вся прислуга.
— Возьмите этого засранца и посадите его в «крипту».
Мне страшно представить, что может называться у них «криптой». Не думаю, что что-то хорошее.
Меня привезли на какой-то пустырь, затем подвели к разрушенному кирпичному зданию и спустили вниз. Здесь ни черта не было видно, холодно и сыро. Страшно подумать, что Арчибальд теперь хочет от меня и что случилось с Рори. Голова жутко болела, подташнивало. Я нащупал мягкую землю и даже не заметил, как отключился.
Не знаю сколько пролежал так на холодной земле в кромешной темноте. Может, день, может, два. Я просыпался, затем блевал, затем опять погружался в забытье. Похоже, у меня сотрясение или что-то подобное…
Через несколько пробуждений я наконец полностью очнулся от света солнца, слепящего глаза. Еле-еле сюда спустился тучный мужчина в белом халате, затем опять запер люк. Он положил фонарь на деревянный ящик и тяжело подошел ко мне, вытирая пот платком.
— Вы кто? — я еле узнал свой голос: настолько он охрип.
— Называй меня Мамон.
— Мамон? Князь Ада? Я еще сплю, что ли?
— Думай как хочешь.
Я посмотрел на этого «князя». Лысый, толстый мужчина с маленькими глазами. Ничего примечательного, кроме белого халата.
— Вы врач?
— Опять вопросы… У всех постоянно какие-то вопросы.
Голос его был вялый и безучастный, он явно не собирался отвечать мне, что происходит. Однако, как только я об этом подумал, он тут же сказал:
— Вижу, что тебя тоже коснулась смерть.
— Вы о чем?
— Да так, неважно.
— Нет уж, говорите, раз начали. Зачем меня тут заперли? Что вы хотите?
— Ну раз ты все равно умрешь, расскажу о твоей участи. Раз так интересно. Я всего лишь скромный посредник Дьявола. Через меня Теодор засасывает души и съедает их. Ты показался ему хорошей кандидатурой, раз стал единственным, кто услышал его брата. Он сожрет твою душу и сможет разговаривать с Лео. А я взамен тоже получу свою выгоду.
— Чего-чего? — все услышанное казалось каким-то бредовым сном. — А! Понял. Я, наверное, надышался каким-то ядовитым газом. Арчибальд спустил на меня газ…
Вмиг глаза этого человека преобразились, приобрели устрашающий оттенок. Его слова уже не казались таким уж бредом. Да и безучастность куда-то делась, он вдруг стал… серьезнее.