- И ты в испуге убежала?
Я лишь кивнула, отвернувшись. Сделала вид, что смотрю телевизор, там как раз ведущий возглавлял круглый стол и загадывал загадку.
Дедушка хмыкнул себе под нос и продолжил пришивать лямку, но его движения были рваными и дерганными, как в тот далекий день.
Мне исполнилось шесть лет, когда я впервые увидела пушистый комок шерсти, что прятался за нашей печкой, а по ночам шуршал и громил посуду. В одной из дедушкиных сказок я услышала историю про маленького духа, что охранял покой дома и его обитателей взамен на угощение и уважение. Его называли домовым. Стоило мне оставить у печи блюдце с молоком, как пушистый комок больше не шумел по ночам, а вот мне все больше чудилось странное вокруг. Горящие глаза, следящие за мной из-за деревьев, бестелесные духи и маленькие существа играли со мной. Врачи, к которым меня отвел дедушка, решили, что это последствия аварии, в которой погибли мои родители, но я выжила. Мне прописали успокоительные, но они не помогали, видения ухудшались, больше не играли, а нападали. Тогда дедушка отвел меня к знахарке. Она долго смотрела на шестилетнюю меня, а затем протянула связанные в пучок травы и велела повесить их над входом в дом, а с другим отваром пить каждый день чай. Я продолжала хныкать и поглаживать колено, которое разбила в побеге от голой, обтянутой серой кожей, девушки, что гналась за мной через лес на четырех конечностях, точно зверь. Никто мне не поверил, но знахарка еще долго шептались о чем-то с дедушкой, после чего домовой исчез, ровно, как и мои видения.
До сегодняшнего дня.
2 Глава, где меня душит во сне учительница биологии
Ловким движением деда завязал узел и отрезал лишнюю нитку. Ножницы щелкнули в воздухе, и я очнулась от воспоминаний, посмотрев на дедушку. Его очки оказались на голове, вместо ободка, а рюкзак у меня в руках.
- Принимайте работу!
- Спасибо, - постаралась сделать голос более радостным, чтобы не беспокоить деда и продолжила смотреть программу по телевизору. Люди стояли вокруг стола и отгадывали слово, а за это им дарили подарки. Кто-то в ответ пел песни или танцевал, даже приносил подарки ведущему.
- Не переживай на счет своих ведений, наверняка ты забыла пить чай с успокоительным отваром, перенервничала в школе, вот и все. Я завтра вернусь с работы и зайду по пути к знахарке, возьму еще пучков полыни и её успокоительных трав. А ты не переживай.
Я кивнула, но внутри что-то продолжала скрести. Что-то рвалось из меня, пробужденное касанием Вовы, желало свободы.
В тишине скрип кровати оказался звоном. Матрас прогнулся, и дедушка подошел прямиком к телевизору, закрыв экран.
- Я смотрю, деда. Отойди, пожалуйста.
Руки дедушки согнулись в локтях, над небольшим пузиком. В своей рубашке в большую клетку и штанах цвета хаки он начал раскачиваться из бока в бок, словно танцуя «маленьких утят» и приговаривая:
- Тра-та-та, тара-та.
Шевелил бедрами, слегка приседая и все напротив телевизора, не оставляя шанса смотреть куда-то кроме него. Он был таким родным и радостным, что вся грусть развеялась, заставив меня громко засмеяться и выставить руки в примирительном жесте:
- Я поняла, деда! Все, ты хороший танцор, только не смеши больше.
- Вот и правильно, - он выпрямился, улыбнувшись. – Пошли, проводишь меня на работу. А завтра вместе попьем чаек, а то мне тоже, еще те лешие видятся вместо начальства.
С широкой улыбкой я проводила дедушку до двери, помогла собрать сумку с продуктами. Он уходил на ночную смену, в свою хижину лесничего, совсем рядом с домом.
- Ты ночью придешь на перерыв? Еды у тебя мало, а я что-нибудь приготовлю.
- Приду, только ты не подрывайся, спи спокойно, - в его старческих, бледных глазках скользнуло что-то тревожное, а может мне показалось. - Дом запри на ночь. Обязательно.
- Помню-помню, не переживай. Можешь спокойно идти на работу.
Деда одобрительно положил руку мне на плечо, улыбнулся. В глазах плескались искорки озорства. Всегда удивлялась как тело могло меняться, запечатывая в себе молодую, рвущуюся свершать дела душу. Так ведь и душа понимала, какие дела хотела совершать только к старости, а тело уже не позволяло. Так деда всегда говорил.
- Давай, моя хорошая. Я пошел.