Навь казалась не такой приветливой, пока мы передвигались сквозь бесконечный туман и выжженные, иссохшие земли. Но чем дальше мы приближались к владениям Коляды, тем больше жизнь касалась земли. То тут, то там зеленела трава, проглядывала из туманного ковра и переговаривалась меж собой.
Касим сделал небольшой круг и всё-таки вернулся к нам, но почему-то приземлился не на плечо, а на землю. Мелкими, но юркими прыжками двигался даже быстрее нас с Марком.
- Всё это время ты мог и сам идти? - ахнула я, но губы не сдержали улыбки. - Чего же ты всю дорогу сидел на моём плече?
Касим поднял недовольный клювик. Он будто хотел шикнуть на меня, но присутствие Коляды его останавливало. Пока бог шёл впереди, Касим вел себя сдержанно и даже виновато. Но не передо мной. Он ощущал вину перед своим хозяином. Но за что?
Странное чувство грызло меня изнутри. Я никогда не была хозяйкой Касима, воспринимала его как своего Хранителя и даже друга. Но его верность Коляде обрывала нашу связь, будто он был вынужден за мной следить и сейчас, приведя в Навь, мог забыть про меня.
Своим вопросом Марк вывел меня из раздумий:
- Ты знаешь, куда мы идем?
Касим кивнул, черным попрыгунчиком сопровождая нас.
- Мы идем во владения Хозяева, в его чертоги.
И точно в подтверждение перед нами вырос зеленый, живой забор. За ним виднелся высокий терем со сводчатой крышей и резным коньком на верхушке.
Терем был воплощением праздничного духа и вечного возрождения. Бревна, из которых он был сложен, еще пахли смолой и светились юностью, точно их только срубили. Стены были украшены яркими голубыми узорами, будто свет звезд застыл на дереве витиеватым узором.
Не смотря на всю свежесть, точно терем построили в разгар лета и из бревен еще текла смола, задорно поблескивая, крыша терема была покрыта толстым покровом снега, что заледенел хрустящей коркой и отказывался таять. Сами времена года поселились в этом тереме и делили меж собой его комнаты.
С раскрытым ртом я прошла за Колядой в раскинувшийся перед теремом сад вечнозеленых растений. Запах хвои точно свежий воздух вернул мне силы и чувство жизни. Смрад отступил.
Налитые жизнью ветви зашевелились, проснулись и склонились к плодородной земле.
- Природа приветствует тебя, дочь моя, - с гордость в звонком голосе произнес Коляда, но не обернулся.
Ели обступили тропу, точно желая посмотреть на дочь бога времени, и мне стало не уютно.
- Что ты делаешь? - прошептал Касим, а я замерла в низком поклоне.
- Эм, так, кланяюсь.
- Прекрати, им достаточно кивка головы... - голос Касима замер, а затем сорвался куда-то в бок. - Да вы сговорились что ли?!
Я посмотрела в бок и заметила Марка. Он опустился на одно колено и низко склонил голову перед невысокой елью. Его черные волосы спадали на озадаченное лицо.
- Хватит кланяться деревьям!
Марк нехотя поднялся и будто обиженно прошептал:
- Мише та елка поклонилась, а от меня все отвернулись и ветви вверх задрали. Я хотел их задобрить.
- Тебя это задело? - понимающе спросила я.
- Это чертоги Коляды, конечно природа принимает его дочь. Вот придем ко владениям Морока, вся тина и смрад перед тобой склонится.
- Тина?
- Смрад?
Эхом разнеслись наши голоса.
Я сморщила носик, невольно покосившись на Марка. Эта информация его особо не порадовала.
- У моего отца, что, болото?
- Или кладбище, - протянула я, представив, как лягушки почтенно склонили свои головы, встав рядом с белыми надгробиями.
- Вы не исправимы, - недовольно заключил Касим и двинулся дальше.
Я хотела поддержать Марка, представить его елкам и другим растениям, но Коляда испытующе наблюдал за нами и ожидал у широкой, резной двери.
Мы прошли по тропинке и поднялись по ступеням. Я боялась смотреть в лицо отца, поэтому склонила голову, ожидая чего-то.
Он раскрыл двери и пропустил в избу.
- Прошу вас, будьте моими гостями.
И мы с Марком вошли в просторные сени. Терем изнутри оказался куда больше, чем виднелось снаружи. Из самых сеней и переходя в другие комнаты, стены были украшены венками из зимних ягод и вечнозеленых растений, а воздух был наполнен ароматами свежеиспеченного хлеба.