- Я должна вернуться! Я не успела! - её голос срывался, колючий ветер разносил эхо по лесу, подкидывал вместо дров в клокочущий пожар.
Мороз стоял в стороне, неподвижный, словно высеченный изо льда. В его глазах читалась насмешка, но и нечто большее, когда он тихо сказал:
- Одного за раз.
Марк сидел на коленях, как это было на детской площадке, тяжело дышал, как раненый зверь. Его руки дрожали, но были пусты.
- Где Алина? – едва слышно спросил он.
Он поднял глаза и в этот миг они наполнились ужасом.
- Где она?! - рёв вырвался из его груди, разорвав стон деревянной избы.
Глаза покрылись пеленой и сквозь неё он увидел вытянутую, уродливую фигуру Мороза. Тот надсмехался, издевался, наслаждался болью, и Марк не выдержал. Он бросился на лживого «отца».
Тьма пульсировала вокруг, закручивалась вихрем чёрных волков, сотканными из теней. Мороз лишь отшатнулся от ели и снежной пылью растворился. Голос его прозвучал уже в другой стороне:
- Ты слеп.
- Ты забрал её! - Марк развернулся в исступлении и кинулся на голос. Обрушил свой гнев на бога зимы, и его гнев потряс воздух, затягивая в битву, но бог избегал её, исчезая и появляясь в разных местах.
Миша выпустила влажную землю из рук и поползла на четвереньках к Доле. Та мирно лежала в воронке земли, оставшейся после ритуала. Пальцы Миши коснулись горячей кожи сестры. А взгляд все перебегал на сужавшийся портал.
- Ты можешь встать? - голос Миши дрожал и был полон отчаяния. - Ещё есть время. Мы можем еще перенестись? Мой дедушка…
Осталось всего несколько секунд, пока портал не закрылся.
Долю била мелкая дрожь, а тело казалось тонким и высушенным от времени. Губы потрескались, кожа покрылась трещинами, как тонкая пленка, под которой виднелась сеть золотых вен. Одолина молча подняла руку, ткнув пальцем куда-то вдаль.
Миша посмотрела туда. И наконец заметила огонь.
Горящая изба раздирала ночное небо. Пламя лизало покосившуюся крышу, выбиваясь из окон, взмывая к звёздам. Все было как в ту ночь, когда она оставила дедушку и сбежала от своего кошмара. Сбежала от огня, не в силах его переступить и спасти самое родное.
Доля, точно видела это раньше, надрывно прошептала:
- Ты спасешь одного…
Миша замерла. Горло болезненно сжалось. Сердце колотилось так громко, что заглушало всё остальное. Мысли, что воронкой крутились в голове вдруг ухнули вниз, оставив лишь пустоту.
Где-то внутри, сквозь ревущий огонь, послышался хриплое карканье, и оно резануло по ушам. Миша посмотрела на горящий дом, не веря в происходящее, а совсем близко сестра назвала имя Хранителя.
Касим.
Взгляд Миши вернулся к затягивающемуся порталу. А затем к дому. Она могла ещё раз нырнуть в поток. Вернуться. Найти дедушку.
Но тогда Касим остался бы здесь, в огне, среди объятий смерти и дыма.
Касим еще был жив. А дедушка нет.
Миша сжала зубы, отчаянно рыча и покачиваясь с сестрой на руках, слёзы потекли по лицу.
Неужели судьба сыграла с ней злую шутку и заставила выбирать?!
Она бросила взгляд на временной портал, затем на горящий дом, портал, дом…
С болью, с последним отчаянным взглядом, она опустила сестру на землю и поднялась. Глаза выжигал металл, в который превратилась сама Миша, выкованная молотом времени.
И она сделала шаг назад.
Потом ещё один.
И задерживая дыхание побежала в полыхающий дом. Под треск и звуки битвы её обдал жар, с которым огонь лизал стены, пытался сожрать Хранителя и саму Мишу.
Гарь тут же заполнила легкие, прерываясь на громкий кашель Миша звала Касима. Огонь взмыл откуда-то сбоку, поглощая тело. Её крик потонул с треском бревен. Кожа обуглилась на запястье, прожжённая и черная. Это был не обычный огонь, будучи искрой заклятия он выжигал до костей. Все слезилось и плыло. Рука пылала, точно осталось только мясо, но прежде, чем рухнула крыша, Миша успела найти серую точку в центре комнаты. Дым вокруг неё развеялся и Касим лежал так, словно заснул. Миша подняла его целой рукой, но огонь лизнул спину, и Миша упала на колени. Все плыло впереди, но она не могла сдаться и оставить Хранителя в огне.