В конце концов Джеку начало казаться, что Сан не воспитывает Натти лишь потому, что слишком ее любит. Когда-нибудь, когда спустя несколько лет Натти вновь заинтересуется своей биологической матерью, он позвонит сестре и скажет: «Пора». И она, пожалуй, согласится с ним.
Или не согласится… Как Натти отреагирует, если узнает, что ее тетя на самом деле приходится ей матерью? Что она скажет, если узнает, что та всю жизнь ей лгала? В девять лет? Не стоит… В тринадцать лет? Не намного лучше… В восемнадцать? Не исключено…
Почувствует ли она себя обманутой и преданной? Почувствует, обязательно почувствует… Сможет ли это разрушить их отношения? В этом Джек сомневался. Зная Натти, он мог бы вполне обоснованно предположить, что девочка со временем со всем смирится… но счастья это ей не прибавит. Натти болезненно воспринимает любые перемены. «Мы все такие», – подумал он. А вот прощать людей Натти умеет. Этому она, пожалуй, научилась у Лауры.
Тем временем он утаит правду от Натти до подходящего момента. Она должна быть готова. А потом мысли его завертелись вокруг Келли. Она тоже скрывала правду. И какая между ними разница?
«А мы были готовы к ее правде?» – подумал он, вздыхая с сожалением.
Надежды было немного, но Джек продолжал молиться, прося у Господа руководства. Шторм надвигается, а они все еще надеются, что он обойдет их стороной. Он помнил, как однажды Келли сказала ему: «Без тьмы мы бы не ценили свет веры».
Глава 39
В субботу три мушкетера занимались тем, что переносили чемоданы и прочую ручную кладь Сан в старый пикап Джека. Затем они поехали в большой аэропорт, располагавшийся на расстоянии сорока минут езды к северу. Сан предпочла аэропорт округа Акрон из-за того, что оттуда вылетал прямой рейс в нью-йоркский аэропорт Ла Гуардия.
В дороге они в основном молчали, разглядывая мелькающие по сторонам пейзажи. Тишину нарушила Сан, в двадцатый, наверное, раз за последнюю неделю повторяя одно и то же:
– Мы будем связываться по видеочату каждую субботу по утрам, пока это тебе не надоест.
– Не надоест, – ответила Натти.
Ее нижняя губка отвисла. Голова склонилась к плечу Сан. Та обняла девочку.
Джек высадил их у таблички, на которой значилось, что здесь происходит посадка на самолеты компании «Ю. С. Эрвейз», развернулся и припарковал пикап у выхода.
Затем он нагнал их у киосков самообслуживания по продаже авиабилетов. Сан рылась в сумке, явно собираясь распихать ее содержимое в другие.
– Первым классом, детка!
Ничто так не повышало настроение его сестры, как предвкушение сервиса на высшем уровне.
После того как сумочка перекочевала к служащей аэропорта, Сан придвинулась к брату и прошептала ему на ухо:
– Не смотри сейчас, но здесь кое-кто есть.
– Кто? – продемонстрировав отменный слух, спросила Натти.
Хотя Джек и не понял, о чем говорит Сан, он, проигнорировав вопрос девочки, поцеловал ее в макушку.
– Ладно, ну и не надо, – смирилась Натти.
Сан бросила на него многозначительный взгляд украдкой. Джек оглянулся, стараясь казаться непринужденным. Наконец он ее увидел. Келли. Она стояла у стойки авиакомпании «Дельта». Ее сопровождал пожилой джентльмен с белоснежными волосами. Одет он был на техасский манер, вплоть до шейного платка.
«Ее отец?» – спросил себя Джек, пока не вспомнил, что ее отец уже мертв.
Он пожал плечами, глядя на Сан.
– Скучаешь? – прошептала она.
Джек едва не рассмеялся. Сестра, как всегда, в своем репертуаре. Он взялся за ее багаж. Они пересекли зал и встали в конец очереди к рамке металлодетектора. Очередь казалась более длинной, чем обычно. Пройдет минут двадцать пять, прежде чем Сан попадет во временно зарезервированную зону.
Джек подозревал, что Келли может сейчас оказаться в одной с ними очереди, на расстоянии всего лишь нескольких десятков футов позади. Он боялся, что Натти заметит Келли. Она тогда дернет его за рубашку и скорее всего скажет: «Здесь Келли! Можно я к ней подойду и поздороваюсь?»
Потрепав Натти по голове, Джек зашептал свои опасения Сан на ухо. Он заметил, что внимание дочери полностью поглощено ее новым блокнотиком на пружине. Джек оглянулся, выискивая взглядом Келли у билетной стойки, и поторопился подойти к ней.
Теперь Келли стояла у буфета. Рядом с ней Джек заметил того самого пожилого джентльмена. Когда Келли увидела Джека, ее глаза вспыхнули неподдельной радостью.
– Келли, – обнимая ее, произнес он.
Рядом стоял техасец.
Джек улыбался, вбирая полной грудью аромат, исходящий от ее тела, вспоминая, как же здорово было, когда они встречались. Сожаление об утраченном навалилось на него, словно какая-то болезнь. Теперь он очень жалел о том, что позволил ей уйти.