Глава 1
Возможно, вы когда-нибудь слышали о людях, которые рождаются в плохую погоду под раскаты грома и молнии. Кто эти люди? Чем занимаются? Почему они рождаются так памятно и по-своему торжественно?
Никто не знает. Но я знаю одну деревушку, в которой рождаются дети только в громы и молнии. Эта деревушка затерялась средь обширных лесов и полей далеко от цивилизации. Там берут своё начало все сильные маги и экстрасенсы, колдуны мира сего. Их цивилизация меня нисколько не пугает.
Эти люди никого не приносят в жертву и не едят сырого мяса. Они очень дружны и миролюбивы. Живут простенько в деревянных избах, ведут хозяйство по старинке.
Детей сами обучают грамоте и ведению хозяйства, а также помогают раскрывать свой дар и управлять им, применять свои способности во благо. Взрослые молодые люди при желании могут покидать свою деревню. Они знакомятся с современным миром. Знают, где встретить своих людей, которые обязательно им помогут и встретят, как родных. Эти люди быстро адаптируются в любой среде и без проблем осваиваются, находят своё место в жизни и живут, не привлекая к себе особого внимания. Среди них есть и известные личности, которые не раскрывают подлинную историю своего происхождения.
Когда я случайно оказался в этой деревне, а может, и не случайно, я не был напуган. Меня окружали добродушные люди. Среди них были и старики, и молодые, и детки маленькие - в каждом взгляде я находил участие и понимание.
Мне не задавали никаких вопросов. Люди знали о моём прибытии и явно ждали меня задолго до того, как я вообще однажды вышел из дома и отправился в поход с друзьями.
Всё было хорошо, но как-то ночью мне не спалось. Я вылез из своей палатки подышать воздухом, размять ноги. Наш костёр уже давно догорел, ночь была светлая, тихая и спокойная. Мне захотелось пройтись вокруг лагеря. Ветки трещали под моими ногами, на душе стало спокойно, и я не заметил, как заблудился. Не знаю, почему я вообще покинул лагерь среди ночи. Кричать, звать на помощь не стал: думал, сам выберусь. Не выбрался.
Плутал я несколько дней, устал, сильно хотелось кушать. Воду я нашёл. Пил из мелкой чистой речушки, от которой боялся уходить далеко, и шёл всегда параллельно течению, в надежде выйти в какую-нибудь населённую местность.
Я всё время думал, почему я не взял с собой телефон, и никак не мог найти этому разумное объяснение - просто всё вышло так, как вышло. Одно хорошо: родные волноваться не будут, так как их у меня не имелось, только друзья, от которых я так глупо оторвался.
Глава 2
Измождённый, я всё-таки выбрался к небольшому поселению, где меня тут же встретили жители и проводили в один из деревянных домов.
Мне дали вымыться в чистой рубленой бане с ароматами трав и облачили в свежую одежду, простенькую, но удобную и по размеру. Позже сытно накормили, и всё это происходило в тишине, лишь детский смех изредка доносился с улицы. Вокруг меня были люди с приветливыми улыбками, заботливые и малообщительные. Кому-то может показаться это всё странным, а мне было так легко и спокойно на душе, как, наверное, никогда и нигде не было…
Деревушка и её жители мне очень понравились, особенно тем, что были немногословны, ведь мне так не хотелось ничего говорить. Только есть и спать. Наверное, они это понимали, потому и вели себя так.
Ни о чём не думая, даже о друзьях, я сытно поел. Обед был простой и вкусный, все овощи с огорода. Молодой картофель с укропом да со сметанной подливой так и таял во рту. На другие блюда я и смотреть не стал, хоть и голоден был, а много есть страшно было - знал, что нельзя. Выпив немного молока, я, счастливый, прилёг на уже заботливо приготовленную для меня кровать.
Как будто секта какая-то, - могло пронестись в мозгу любого попавшего в мою ситуацию человека, - а я чувствовал себя так, как будто вернулся, наконец-то, к себе домой.
Проспав остаток дня, я проснулся от звуков непогоды. В доме я был один. Дождь лил как из ведра, раскатисто гремел гром, сверкало множество молний, так, что у меня мурашки поползли по коже. Казалось, избушка вот-вот расколется на части лишь от одной такой молнии, случайно попавшей в дом. Вдруг дверь заскрипела и отворилась. Вошла старушка, которую я видел только мельком, когда пришёл в поселение. Она подошла ко мне и улыбнулась, присев на стул около моей кровати, на которой я всё еще сидел, подскочив спросонок. На первый взгляд, старушка выглядела лет на семьдесят, а может, и восемьдесят - сложно сказать, но улыбка её была не беззубой, как я подумал, к своему стыду, только увидев её. Она как будто прочла мои мысли и рассмеялась. Очень странно, подумал я. Мне показалось, будто я давно был знаком с этой старой женщиной, но слегка запамятовал.