— Работа, это не просто работа — сказал он. Его голос был хриплым, а слова медленными. Сара стояла рядом с ним, слушая так же внимательно, как и я.— Работа, это личность — продолжил мужчина — Нельзя отложить в сторону бензопилу, а потом взяться за швейную машинку. Шить одежду для кукол — это совсем не то же самое, что вырубать деревья. Если вы переключаетесь с одной работы на другую, вы становитесь другим человеком. Он запнулся на последнем слове, но, по крайней мере, в его словах был смысл.
— Почему вы, ребята, больше не рубите лес?
— Есть много причин — сказал мужчина — Главная из них заключается в том, что мы уже довольно много вырубили на нашей земле. Просто там, где мы можем их достать, осталось не так много деревьев, которые стоит рубить.
— И еще есть защитники окружающей среды — вставила Сара.
— Это верно. Чарли-младший знал, что с ними делать. Как и его отец. Но новейшему Хаммеру на все это наплевать.
— Честно говоря — вставила Сара — последние десять лет или около того Джуниор пускал все на самотек.
— Я думаю, все дело было в его здоровье. Когда наступали тяжелые времена, у него случались срывы.
— Больше похоже на припадки — сказала Сара.
— Да, приступы. Он работал как сумасшедший, чтобы пережить трудные времена, и поплатился за это. Но последние десять лет или около того он переживал трудные времена и без того, чтобы работать как сумасшедший.
— Не то чтобы вы могли винить этого человека. Он падал на землю и бился, как камбала в лодке.
— Правда — сказал я, просто чтобы внести свой вклад.
— Да — сказал мужчина — Чарли Третий, похоже, унаследовал семейное состояние.
— И он тоже чертовски успешен — сказала Сара.
— Надо отдать ему должное — сказал мужчина — Теперь у Кэбота все в порядке со здоровьем. Припадков, насколько можно судить, у него не было, но он получил семейный лесозаготовительный бизнес, и он быстро идет ко дну — Старик соскользнул со стула и придвинулся ко мне поближе — Меня зовут Билл Террил. А тебя как зовут?
— Рэй Лилли — представился я. Мы пожали друг другу руки.
— Лилли, да? Какое-то девчачье имя.
— Конечно — сказал я — Я деликатный человек.
Билл усмехнулся, оглядев меня.
— Готов поспорить.
— Так, значит, этот Чарли Третий — сказал я — Он живет в городе?
Сара и Билл сразу заподозрили неладное.
— Почему спрашиваешь? — Сказала Сара.
— Ого. Это был просто вопрос.
— Мы здесь очень заботимся о себе — сказала Сара — Особенно о Хаммерах. Мы за ними присматриваем. Я не знаю никого в этом городе, кто бы этого не сделал. Итак, еще раз: почему ты спрашиваешь?
Я пожал плечами.
— Не знаю. Богатый парень из маленького городка. Похоже, он мог бы жить где угодно.
— Нет — ответил Билл — Хаммеры создали этот город, и они его поддерживают.
Я задавался вопросом, насколько глубокой и широкой была поддержка семьи Хаммер. Если бы память Чарльза Хаммера не была стерта после утренней драки, а я готов поспорить, что этого не произошло бы, он бы скрылся. Возможно, его было бы трудно найти без помощи местных. Мне нужен был способ вбить клин между нашей целью и городом.
Удивительно, правда, как быстро я перешел на сторону Аннализ.
— Хм — Я не знал, что еще сказать — Так кто такой Кэбот? Еще один из Хаммеров?
— Он... — Билл замолчал. Он думал о том, как бы ему ответить.
Вмешалась Сара.
— Это младший брат Чарли-младшего. Видишли ли, этот городок основал их дедушка, которого тоже звали Кэбот. Он приехал сюда с бригадой рабочих и начал рубить деревья. Он решил, что бухта Литтл-Чимильчук должна быть больше. Он углубил его, расширил и назвал залив Хаммер-Бей.
— При нем сюда устремилось множество людей в поисках работы. Он отстроил целый город. Он управлял крупным бизнесом. Он владел газетой, бакалейной лавкой, подпольными барами, всем этим. Если бы он мог заплатить всем из кассы компании, он бы это сделал.
— Но он был честным — перебил Билл — Все его уважали.
— Никто из них не был честным — сказала Сара — Никто из них. Все, о чем они заботились, это они сами и то, что они построили. Единственный, кто немного отличается от них, это Чарли Третий.
— Черт возьми! — Рявкнул Билл — Чарли-старший был великим человеком! Он смещал губернаторов и сенаторов и давал работу тем, кто в ней нуждался. Таким люди, как мой отец.
— Не валяй дурака, Билл — сказала Сара. Она махнула рукой, как будто он был клубом дыма, который она не хотела вдыхать — Чарли Третий пытается заложить фундамент под этот город. Он тоже мог бы это сделать. У нас были бы приличные доходы, и нам не нужно было бы беспокоиться о том, что произойдет, когда вырубят деревья. Чарли Третий переносит нас в следующее столетие.
— Мне это не очень нравится.
— Ну, по сути, тебе одному.
Старик рассмеялся.
— Это неправда. Большинство людей в этом городе больше не хотят со мной даже разговаривать. Критиковать Чарли Третьего здесь, это все равно что поносить папу римского в Ватикане, хотя он и в подметки не годится тому, кто был раньше.
— Не говори мне о старших и младших — сказала Сара — Ты же знаешь, как тяжело из-за них приходилось Стэну и его собственному отцу.
— Я... мне жаль, Сара — Билл покрутил свой напиток в стакане — Ты знаешь, как сильно мне нравился Стэн.
Она похлопала его по руке.
— Я знаю, Билл. Притормози с этим, ладно?
Билл поднял свой бокал, а затем поставил его на стол, так и не выпив.
— Не то чтобы у старшего поколения не было своих причуд. Помните шотландскую традицию? Но эта последняя...… он отказался от елок и начал мастерить игрушки. И он бросил бразды правления.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда у тебя есть дилижанс — сказал он с энтузиазмом, как будто провел немало времени, обдумывая эту аналогию — когда у тебя есть дилижанс, ты держитесь за поводья, верно? Ты должен контролировать ситуацию. Но что произойдет, если ты отпустишь поводья, а?
— Ты перестанешь двигаться — предложил я.
— Нет. Карета опрокидывается, и все высыпается наружу. Все испорчено. Сломано. Лошади разбегаются в разные стороны, дерутся друг с другом, поедают друг друга. Они разрывают друг друга на части, вот что происходит. Кто-то должен контролировать ситуацию.
Сара подавила улыбку.
— Билл, я не думаю, что лошади едят других лошадей.
Мой бокал с пивом был пуст, как и стакан с водой. Я заказал еще пива и попросил меню. Сара сказала мне, что здесь больше не подают еду. Она была совсем одна. Я был разочарован, но она предложила позвонить в местную пиццерию. Я заказал пепперони среднего размера.
Я повернулся к Биллу.
— Надеюсь, тебе понравятся пепперони. Я плачу.
— Ну что ж! — сказал он, усаживаясь на свой табурет рядом со мной — Все в порядке. Просто в порядке.
— Ты тоже можешь взять кусочек — сказал я Саре.
— Я откажусь. Я не ем сыр.
Она взяла поднос с грязными стаканами и отнесла их в подсобку.
— Она хорошая женщина — сказал мне Билл, понизив голос — В городе много парней, которые хотели бы быть рядом с ней. Особенно с тех пор, как она открыла этот бар.
Я попытался представить себя стоящим за стойкой бара, разливающим пиво или жующим бургеры в подсобке. Идея была хорошая, но ей не суждено было сбыться — это так?
— её муж тоже был хорошим человеком. Он был старше ее. Он нанял её обслуживать столики, а через год подарил кольцо и половину доли в баре.
— Что с ним случилось?
— Она ничего не сделала — быстро сказал Билл — Его загрызли собаки.
— Ты сказал, собаки?
— Стая собак. И он не единственный. За последние шесть лет или около того восемь или десять местных жителей были разорваны на части таким образом. Очень загадочно.
— Я не понимаю. Стая собак? В лесу есть дикие собаки? Или их кто-то держит?
— В таком маленьком городке, как этот, невозможно спрятать стаю собак. Эммет Дюбуа несколько раз пытался поймать собак в ловушку, но так ничего и не поймал. Лично я думаю, что у них были перерезаны голосовые связки. Вот почему никто никогда не слышал их лая.