— Итан, — обратилась Кларисса, кем бы она не была, люди вокруг притихли, позволяя ей заговорить, — твой подарок.
Она кивнула одной из служанок, чтобы та подошла и передала ей шампанское, пока кто-то другой дал ей коробочку.
— Привезен из Парижа лишь пару часов назад.
— Из Парижа? Я впечатлен.
Я повернулась к нему, рассоединяя наши руки, чтобы он мог открыть коробку.
Делая шаг вперед, Итан развернул бумагу, открывая...
— Пистолет Наполеона I, — произнесла девушка с гордостью, когда Итан поднял эту штуку из мягкой коробки.
— La victoire appartient aux plus persévé, — прочитал он с идеальным французским акцентом, и она улыбнулась, кивая.
— Победа принадлежит самым настойчивым, — перевела Кларисса, когда Итан положил пистолет обратно в коробку.
— Спасибо, Кларисса, уверен, мы найдем ему место, — сказала я, забирая коробку у нее из рук и возвращая тому же человеку, что ее принес. — А пока что дворецкий может отнести его в кабинет Итана, пожалуйста.
Мужчина кивнул, принимая коробку, а я, встретившись взглядом с Клариссой, почувствовала исходящую от нее волнами ярость, так что улыбнулась.
— Не могу сдержаться. Я так люблю подарки и заглянула в некоторые из тех, что прислали чуть раньше времени. Вы все так добры, мой подарок Итану меркнет в сравнении с вашими, — лгала я, сквозь стиснутые зубы, и все они съели это... даже ее величество заноза в заднице Кларисса, изо всех сил пытающаяся не ткнуть меня чем-нибудь.
— О, не дразни нас. Что же ты приготовила мужчине, у которого есть все?
ТЫК... тык. Тык... вот как ощущалось каждое ее слово.
И все они ждали ответ, даже Итан, который ничуть не помогал снять свою фанатку с моей спины.
— Это немного неловко...
— О, слава Богу, — повеселел мужчина, попивая шампанское. — Каллахану должно быть стыдно по крайней мере раз за все время, хотя бы ради наших эго.
— Не говорите, что я вас не предупреждала. Сейчас вернусь. — Я отошла от них, пытаясь быстро придумать что-то, пока не увидела маленький оркестр за углом, потому что разве не так бывает у богатых людей. В общем, я подошла к дирижеру и прошептала название песни. Он поднял взгляд и усмехнулся, вызывая у меня ответную улыбку.
Спасибо, Иисус, Мария и Иосиф!
Один из дворецких взял микрофон и потащил его на самый верх чертовой лестницы, даже несмотря на то, что никто не просил об этом его задницу! Так что мне хотелось швырнуть в него туфлей. Но вместо этого я просто поднялась к нему.
— Дамы и господа... — В зале уже было тихо. — Именинник спросил о моем подарке, и я, как и многие из вас, гадала... что, черт побери, собираюсь подарить мужчине, который живет вот в таком доме? — произнесла я, и, к счастью, они засмеялись. — С тех пор, как я задумалась об этом...
То есть с понедельника.
— Я часто думала о своем отце. Он звал меня Птичкой, потому что хоть я и была ужасна во множестве дел, умела петь, не жалея легких, и поэтому сегодня предлагаю эту песню тебе, Итан. С днем рождения. — Я кивнула им, глубоко вдохнув, и молясь о том, чтобы в этом мой отец не солгал!
ИТАН
Какого черта ты творишь? — Было моей первой мыслью, как только она от меня отошла.
Если ты смутишь меня, то пожалеешь об этом. — Было второй.
А затем она начала петь... и я больше не мог думать. Они назвали ее ангелом, прекрасным видением, и я просто думал, что Нари хорошо потрудилась. Но чем больше слушал ее пение, тем сильнее... Я... Становился очарованным. От ее пения по телу шел озноб, в горле пересохло, и все мое тело мучительно болело... и не только мое. Все вокруг на миг замерли. Они... мы были парализованы ее великолепием.
То, как ее голубые глаза мерцали в свете люстр, пока девушка смотрела на меня, то, как ее тело раскачивалось, потому что даже она не могла не отдаться исполняемой ею песне. Всякий раз, как она двигалась, мой взгляд следил за каждым изгибом ее тела, от бедер до груди. Даже ее губы искушали все сильнее с каждым сказанным словом.
Всякий раз, как она пела «возьми мое сердце», по-настоящему казалось, что Айви протягивает мне его, предлагая. Так что я, тот, кто никогда не показывал на людях любви, подошел к ней в самом конце баллады, становясь рядом на ступенях, обнял за талию, притянул к себе и поцеловал... со всей дарованной ею мне страстью. Наслаждаясь тем, как ее тело расслабилось напротив моего, наслаждаясь вкусом ее языка у меня во рту. Мне хотелось большего... намного большего. Надетое на девушке платье лишь еще сильнее раздражало.