Потому что ты – потерпевший поражение слабак? — подумал я. Но подождал его ответ.
— Потому что я проиграл битву, но выиграл войну. Будет множество моментов, в которых ты разбираешься от и до. Но ни один из них не стоит разгневанной жены и того, чтобы ты ради них вгрызался в землю. Для всех жен мы лишь мудаки, которым можно отрезать доступ к киске. Так что просто уступи. Это легко. И будешь жить дольше.
— Спасибо за твои мудрые советы. Однако Айви другая. Она более рациональна...
— С кем ты там разговариваешь? — услышал я, как к нему присоединился дядя Нил.
— Итан. Он верит в то, что его жена другая и рациональная.
Они оба засмеялись, и я повесил трубку. Им стоило бы поблагодарить бога за то, что являются частью семьи.
Переодевшись ко сну, я вошел в спальню и закрыл жалюзи, чтобы, когда взойдет солнце, моя кровать оставалась во мраке. И как раз когда я уже собирался лечь в постель, она постучала в дверь, впрочем, именно этого я от нее и ожидал.
Вздохнув, я нажал кнопку рядом с письменным столом и открыл дверь.
— Приятно знать, что ты не...
— ЕБАНЫЙ ЖЕ ТЫ УБЛЮДОК! — заорала она, бросая в меня мою же собственную вазу. Та разбилась о стену над кроватью и осыпала осколками мою постель, тогда как у меня в голове встало два вопроса. Первый: какого хрена я считал ее рациональной? И второй: зачем, вашу ж мать, в моей комнате вазы? И лишь об этом я успел подумать до того, как Айви начала бросать в меня еще больше хрени, так что пришлось уклоняться. — Пиздец, ты просто взял и оставил меня в коридоре!
— Я... — я увернулся от книги. — Я сказал тебе входить!
— НА ТВОИХ УСЛОВИЯХ!
— ЭТО МОЯ ГРЕБАНАЯ КОМНАТА!
— НАША ГРЕБАНАЯ КОМНАТА!
— ЗНАЧИТ, ТЕБЕ СТОИЛО ВОЙТИ!
— ТЫ МЕНЯ ВЫБЕСИЛ! — До того как она могла бы еще что-то схватить, я поймал запястья девушки и прижал ее к двери.
Глубоко вдохнув... я задумался, почему вообще ору, и понял, что не имею ни малейшего понятия... это поражало, будто я находился в сумасшедшем доме. Закрыв глаза, я попытался отключиться от звучащего в голове смеха обоих моих дядей.
— ТЫ...
Я поцеловал ее, она вырывалась, пока я крепко прижимал девушку своим телом к двери. Не уверен, осознано ли, но она расслабилась, ее грудь прижалась к моей, губы открылись шире, и тогда я отстранился. Айви взглянула на меня широко открытыми глазами, слегка ошеломленно, но до того, как она смогла опомниться, я заговорил:
— Если все дело в Клариссе...
— Дело не в ней! — закричала она.
И теперь я оказался смущен.
— А что еще?
— Ты реально тугодум.
— Ты жаждешь вернуться в коридор? — не смог я сдержать язык за зубами.
— Ты...
— Заканчивай с этим, а то хочу спать, — выпалил я.
Она просто сердито взглянула на меня.
— Айви. — Я вздохнул, опуская голову. Проигранное сражение. — Я извинюсь, но должен понимать, что сделал не так, дорогая.
— Ты насмехаешься надо мной.
— Нет. Просто устал. — Завтра мы вернемся к спорам, и мне нужно будет сфокусироваться на ее ярости еще на счет чего-то.
— Дело во мне. У меня нет времени или сил, чтобы злиться по вине других. Самый важный для меня человек — я сама, — заявила она, вырывая руки из моего захвата и складывая их на груди. Я попытался проигнорировать тот факт, что от этого ее грудь приподнялась, но сложно было не заметить.
— И что с тобой не так?
Нахмурившись, она пробормотала:
— Не обращай внимания.
ЧТОБ ЕЕ! Мне захотелось выбросить жену из окна. Какого хрена она подразумевала под этим «не обращай внимания»? Если это было неважно, то какого черта было все это устраивать?