– Как ты это сделал? – растерянно спросил Лёха, заметив, что приятель покачнулся и устало привалился плечом к стене.
– Я целитель, – слабо улыбнулся Эльвар. – Иди. Я догоню. Только отдышусь немного.
– Давай помогу, – предложил Лёха, закидывая руку эльфа себе на плечо.
Так вдвоём они добрались до наблюдательной площадки у ворот, где уже собрался целый хирд полностью вооружённых и экипированных гномов. Стоявший у наблюдательного зеркала Родри, тоже в кольчуге, заметив приятелей, взмахнул рукой, подзывая их к себе. Пробравшись сквозь толпу, Лёха осторожно прислонил эльфа к стене и, повернувшись к князю, негромко спросил:
– Что там?
– Чёрные изгои. В империи эта магическая секта под запретом, а эти средь бела дня по уделу разгуливают. А что с эльфом?
– Силы много потратил, – вздохнул Лёха. – А теперь объясни, что за изгои и почему они под запретом?
– Они практикуют тёмное искусство. Магию крови. Чем больше принесённая их божеству жертва, тем сильнее их магия. Потому их и запретили. Они ведь на алтарях людей потрошат, медленно кровь сцеживая, чтобы мучились дольше. А больше всего у них ценятся дети, – принялся рассказывать гном, сжимая от ненависти огромные кулаки.
– Вот только магов-педофилов нам тут для полного счастья не хватало, – проворчал Лёха, заглядывая в зеркало.
Всё было так, как описал эльф. Длинные чёрные балахоны с огромными капюшонами, полностью скрывавшими фигуры и лица магов, и мрачная, тёмная аура, окружавшая их, словно грозовая туча. Лёха насчитал пять фигур и, повернувшись к Родри, спросил:
– Это все или где-то ещё прячутся?
– Все. Они всегда ходят рукой, – кивнул гном.
– В смысле? Они же вроде на ногах стоят, – не понял Лёха.
– Рукой, то есть пятёркой. Пять пальцев, пять адептов, – усмехнувшись, пояснил Родри.
– Их пять. А патронов в барабане шесть, – задумчиво проговорил Лёха, вытащив из кобуры револьвер и покачивая его в руке.
– Чтобы достать их из револьвера, нужно подойти к ним шагов на двадцать, а пока идти будешь, они своей магией из тебя лист для золочения сделают, – вздохнул Родри. – Магией накачаны так, что у меня аж здесь все волосы на теле дыбом стоят.
– Ну борода-то у тебя вечно торчком стоит, потому что дёргаешь её постоянно, – не удержался от шпильки Лёха. – А что до магии, так не всем она и вредна.
– Ты что задумал? – всполошился Родри.
– Хочу сам этих чудиков за вымя пощупать. Погоди воинов в атаку гнать. Лучше скажи, если я хоть одного шлёпнуть успею, твоим магам проще будет с остальными справиться?
– Намного, – нехотя кивнул гном. – Обычно в секту уходят те, у кого магический дар есть, но настолько слабый, что его даже в академию не взяли. Да ещё и оскорбили. Вот тогда последователи секты такого отщепенца находят и к себе уводят. Они потому пятёркой и ходят, что по отдельности каждый из них слаб. А в куче – попробуй справься. Да ещё и не своей силой пользуются, а заёмной.
– Ну сила не главное. Силой ещё уметь пользоваться надо, – задумчиво протянул Лёха, продолжая рассматривать противника. – Пуля всяко быстрее летит, чем они заклятие читают.
– Заклятие непроницаемости никакая пуля не пробьёт. Самая сильная защита от любого посягательства на жизнь мага.
– И долго оно держится? – насторожился Лёха.
– От силы мага зависит. Самые сильные до пятисот ударов сердца его держат.
– А потом?
– А потом или плетение отпускает, или сам без сил падает. Слишком много энергии оно забирает.
– Выходит, пока один будет этот щит держать, остальные смогут в меня заклятьями швыряться?
– Нет. Оно двухстороннее. Ни туда, ни обратно ничего не пропускает, – ответил Родри, задумчиво разглядывая парня.
– А вот это – самая хорошая новость за весь день, – весело усмехнулся Лёха, в голове которого уже созрел план.
Протолкавшись к боковой двери, парень выбрался в расселину сбоку от ворот и, ещё раз проверив, как выходит из кобуры револьвер, решительно ступил на тропу, идущую от ворот. Неподвижно стоявшая пятёрка магов быстро переглянулась. Решив не давать им повода подходить к воротам, Лёха быстро зашагал к камню, которым его проверяли. Остановившись у этого импровизированного пограничного столба, Лёха окинул магов быстрым, внимательным взглядом и, убедившись, что лиц под капюшонами не разглядеть, спросил:
– Зачем вы пришли сюда?
– С каких пор человек стал говорить от имени подгорного народа? – ответил один из магов вопросом на вопрос.
– Неважно. Важно, что я здесь и говорю с вами, – огрызнулся Лёха.
– Подойди ближе, человек. Я не хочу кричать о своих делах на весь лес, – раздался ещё один голос. Странный, безжизненный и какой-то шипящий.