— Сесил, бога ради, не волнуйся ты так! Я уже обо всё позаботился. Ребёнком займётся… послушник Грэгори, — отмахнулся Блэйн Ренар, переводя холодный взгляд с Сесил на ребёнка, и обратно.
— Да? Кто вас направил сюда, Грэгори? — впившись в незнакомого мужчину подозрительным взглядом, спросила Сесил. Она должна всё выяснить.
— Меня? Кхм, кхм, орден, разумеется, — усмехнулся мужчина, и Сесил в очередной раз поразилась тому, какой до боли неопрятный внешний вид он имел. Да разве послушник ордена может так себя запустить?
— Вы можете назвать мне имя человека, что прислал вас сюда? — прижав к себе девочку, снова выпалила Сесил.
После её вопроса на лице мужчины мелькнуло секундное замешательство, о много сказавшее Сесил.
— Сесил, ты начинаешь меня утомлять! Ступай! — вмешался в их разговор Блэйн. Он встал между Сесил и незнакомцем.
— Я не оставлю этого ребёнка, мистер Ренар! Вы не понимаете! Может случиться беда, и тогда все пострадают! — негромко возмутилась Сесил, боясь разбудить малышку.
— Я сказал, ступай, Сесил! Живо! — зашипел Блэйн, впившись в Сесил ледяным взглядом. Он угрожающе навис над женщиной, и она попятилась назад.
— Но как же Кейтлин, мистер Ренар? — широко распахнув глаза, выпалила Сесил.
— Кто? — нахмурился Блэйн, непонимающе уставившись на женщину.
— Миссис Маделин, ещё будучи в сознании, нарекла новорождённую девочку Кейтлин, — пояснила Сесил, уложив ребёнка в мягкую колыбель. Она с волнением посмотрела на мирно спящее дитя.
— Ах, это! О... Кейтлин можешь не беспокоиться! С ней всё будет в порядке, я прослежу за этим, обещаю, — ответил Блэйн, запнувшись на имени ребёнка. — Не забывай, милая Сесил, что я являюсь её единственным родственником.
— Хорошо, мистер Ренар, — выдохнула Сесил, и нехотя направилась в сторону выхода. Уже возле самой двери она задержала взгляд на послушнике Грэгори, и ужаснулась. Сколько ненависти и жестокости таило в себе лицо этого неприятного на вид человека!
«Нет! Ему нельзя доверять ребёнка!» — испуганно думала Сесил, плотно затворяя за собой дверь.
Когда женщина, наконец, покинула комнату, Блэйн Ренар поспешно подошёл к кровати, и стал вглядываться в обескровленное лицо Маделин, чтобы убедиться в правдивости слов Сесил. Зрелище было довольно печальным: некогда юное и прекрасное лицо Маделин сейчас исказила маска муки и скорби. Её терзала предсмертная агония.
«А ведь эта безмозглая идиотка Сесил права. Ей осталось недолго», — взволнованно думал Блэйн Ренар, в предвкушении потирая руки. Уже совсем скоро всё здесь станет принадлежать только ему одному! Сколько лет он ждал этого момента! Его тонкие губы тронула жестокая ухмылка.
Он бросил беглый взгляд в сторону колыбели, в которой спала девочка, и брезгливо поморщился. Выжившая из ума Сесил, что переехала в Чейстэн-холл вместе с юной Маделин, постоянно твердила о каком-то особенном ребёнке, что должен вскоре появиться на свет, о наследнице древнего рода Вáллес, к которому принадлежала миссис Маделин Рейнар, в девичестве Валлес. Его старший братец Алистер, муж Маделин, непоколебимо верил в тот бред, что несли здесь Сесил и Маделин. Он был настолько влюблён в свою жену, что готов был поверить любому её слову. Неужели лишь Блейн понимал, что Маделин явно выжила из ума? Её нужно было доставить в Бетлемскую больницу (1), а уж никак не в Чейстэн-холл! Блэйн насмешливо скривил губы. Ну что за глупости? Какой древний род? Какой дар? Его прямо трясло от их разговоров. Болваны!
Алистеру давно следовало выставить и Сесил, и Маделин на улицу, но вместо этого он принялся их поощрять. Следующим ударом для Блэйна стало то, что безмозглый Алистер позволил послушникам какого-то захудалого ордена вечно торчать в Чейстэн-холле. Блэйн Ренар брезгливо передёрнул плечами. Ну, ничего, скоро все будут знать своё место! Ему с невероятной силой захотелось подойти и рассмеяться Маделин в лицо. Как только он, Блэйн Ренар, сделается наследником всего состояния семьи Ренар, то сразу же укажет всем неугодным ему на дверь. Осталась только избавиться от выродка Алистера, так не вовремя появившегося на свет.