— Ноэль, ты задержался, — заметил Дерби с лёгким укором в голосе, но казалось, молодого человека это ничуть не смутило.
— Простите, мастер Дерби, но я не мог придти раньше, иначе кровь бы застыла, а для эксперимента мне требовалась именно свежая, только что пущенная кровь демона, — воодушевлённо заговорил он.
Лин замерла, услышав его слова. Вот значит, что за пятна на его жилете. Кровь демона… К горлу подступила тошнота, и она с большим трудом сдержала её. Лицо Ирины вытянулось от отвращения, Имон осторожно сжал её руку под столом. Казалось, только Сэмюэль не испытывал никаких неудобств от слов Ноэля. Напротив, его это даже забавляло. Он пялился на Ноэля, растянув губы в весёлой улыбке.
Тем временем Ноэль продолжал наполнять тарелку овсянкой, заляпав стол возле себя. Действия были механическими, взгляд - расфокусирован. Он о чём-то напряжённо думал. Лин даже казалось, что она слышит, как вращаются шестерёнки в его голове.
— Я тестировал новую защитную ткань, и вы знаете, она оказалась намного прочней прежней! Конечно, следовало сделать разрез побольше, тогда и поток крови сделался бы сильнее, словно под давлением, и...
Глаза Лин расширились.
— Ноэль, пожалуйста, давай обсудим это позже, — попросил Дерби, бросив на него предупреждающий взгляд.
Но Ноэль будто не слышал его, продолжая что-то бормотать себе под нос. Овсянка грозилась вот-вот растечься по всему столу. Сэмюэль уже откровенно смеялся над этой ситуацией.
— Ноэль! - взревел Дерби, и молодой человек, наконец, взглянул на него. — Мы обсудим защитную ткань позже. А сейчас будь добр, познакомься с нашей гостьей, мисс Лин. Лин, это Ноэль Мердок, — представил их друг другу Дерби.
Только сейчас Ноэль поднял на Лин свои большие глаза с рядом пушистых ресниц, в которых промелькнуло удивление. Он и впрямь до этого момента не замечал Лин.
— О!.. — рассеянно произнёс Ноэль и сложил свои тонкие губы в неком подобии улыбки. — Очень рад, мисс Лин.
Едва договорив, он снова нырнул в свои мысли, совершенно позабыв о её существовании. Остальные вернулись к завтраку. Дерби молча пережёвывал омлет, Ирина и Имон, сидя рядом, о чём-то негромко переговаривались между собой. На Сэмюэля Лин взглянуть не рискнула, не желая наткнуться на надменно-насмешливое выражение его лица.
— Да, Лин, чуть не забыл, — спустя несколько минут заговорил Дерби. После его слов в столовой на время затихло звяканье приборов о тарелки. — Глава Конгрегации настаивает на встрече с тобой.
— Я так понимаю, выбора у меня нет, — пробормотала Лин.
Как же ей теперь отвертеться? У неё совершенно не было желания ни с кем встречаться, особенно учитывая тот факт, что она планировала в ближайшее время покинуть стены особняка.
— Боюсь, ты права, дитя, — подтвердил её опасения Дерби. — По его наставлению, тебе надлежит явиться в здание Конгрегации. Завтра.
— Завтра?! Но что за спешка? — удивилась Лин.
Болезненная пульсация в голове усилилась.
— Если учитывать, что мы искали тебя долгие восемнадцать лет, то их спешка вполне обоснована. Кроме того, чем быстрее мы разберёмся, как работает твой дар, вернее, как его запустить, тем лучше. Не волнуйся, Лин! Члены Конгрегации не причинят тебя вреда, скорее наоборот, они смогут помочь. В совет входят только самые компетентные люди. Они многое изучили, многое знают, — говорил Дерби.
Он отложил в сторону вилку, и теперь его сморщенные руки покоились на твёрдой столешнице.
— Кучка старых болванов туда входит, — тихо пробормотал Сэмюэль, но Лин услышала его слова. Она удивилась. Откуда взялась такая неприязнь?
— А как быть с теми тварями, что преследуют меня? — задала волнующий её вопрос Лин.
Неужели ей снова придётся столкнуться с ними? Ей стало страшно. Посмотрев прямо перед собой, она наткнулась на пристальный взгляд Сэма и сразу же перевела взгляд на Дерби.
— О, не волнуйся, дитя! Тебя никто не отправит одну! Что ты? Ни в коем случае! — успокаивал её Дерби. — Глава Конгрегации в своём письме довольно чётко изъяснился, что в здание Конгрегации тебя должны сопровождать последователи ордена. — Дерби перевёл свой взор на Сэмюэля, и Лин это совершенно не понравилось. — Сэмюэль, завтра ты оправишься вместе с Лин.
От неожиданности у Лин расширились глаза. Она ошарашенно уставилась на Дерби. Казалось, Сэмюэль обескуражен, ничуть не меньше её самой.