Через некоторое время он ослабил стальную хватку, давая Лин возможность повернуться к нему спиной, после чего его руки крепко сомкнулись вокруг её талии. Лин судорожно вздохнула, понимая, что преградой между ними является лишь её и его одежда.
Тем временем Сэмюэль прижал её чуть ближе, и Лин сполна насладилась твёрдостью мышц его груди. Она почувствовала его обжигающее дыхание на своей шее, в то время как прохладный воздух комнаты коснулся её разгорячённого лица.
Они лежали так довольно долго, вслушиваясь в размеренное дыхание друг друга и страшась спугнуть возникшую между ними близость, что была такой зыбкой. Тишина комнаты и темнота, проникавшая внутрь сквозь распахнутое окно, дарили им ощущения покоя и безмятежности.
— Сэмюэль? — тихо позвала его Лин.
Её голос был хриплым, и она провела по сухим губам кончиком языка.
— М? — протянул он, уткнувшись лицом ей в затылок. Мурашки медленно поползли вдоль её позвоночника.
— Твой… — Лин осеклась. — Магистр Лоулсон в разговоре несколько раз упомянул слово «Люмен». Что оно означает?
— Разве Дерби не рассказывал тебе? Так называется лондонский особняк орден. Lumen, что в переводе с латыни означает «Свет». Нью-Йоркские последователи ордена проживают в особняке под названием Potentia. Это значит «Сила». И так по всему миру, — ответил Сэмюэль. Затем он взял её за руку и стал медленно выводить на её раскрытой ладони витиеватую букву «Л». Палец плавно скользил взад-вперёд, повторяя каждый завиток буквы. — Уже много лет мы ведём борьбу против сил Тьмы и делаем это с помощью божественного света, что горит в каждом из нас. Ты никогда не обращала внимания на приветственную надпись у входа в особняк? Там написано «Lumen mundi», что в переводе с латыни означает…
— Светоч мира, — закончила за него Лин.
— Верно, — согласился Сэмюэль. В его голосе прозвучало неподдельное удивление. — Откуда ты знаешь? Не сочти за грубость, но не думаю, что в том месте, где ты росла, преподавали латынь.
— А её там и не преподавали! — подтвердила Лин. — Я прочла об этом в одной из книг, что взяла в библиотеке ордена.
— Книги, значит? — спросил он, продолжая выводить на её ладони замысловатые узоры.
— Именно. Ты не представляешь, сколько полезного можно из них почерпнуть!
Что-то буркнув себе под нос, Сэмюэль несильно сжал её руку, на которой секунду назад выводил знаки. Казалось, в полумраке комнаты он пытался рассмотреть всё то, что только что там нарисовал одному ему видимыми чернилами.
Какое-то время они молчали.
— Ты такая хрупкая! Как тебе удалось затащить меня на Абеля? — неожиданно спросил Сэмюэль, нарушив сгустившуюся тишину комнаты.
— Сама не знаю, — призналась Лин, вспоминая с каким трудом она провернула это. В тот момент её охватило неподдельное отчаяние. Казалось, именно оно придало ей сил. — Мне помог Абель, одна бы я ни за что не справилась.
— А ведь я велел вам улетать! — напомнил ей Сэмюэль. — Хотя, когда ты меня слушала?
Он не упрекал, лишь констатировал факт.
— Ну, ведь всё обошлось, правда?
— Да, обошлось, — натянутым голосом произнёс Сэмюэль, не выпуская её ладонь из своей руки.
В комнате на некоторое время повисла безмятежная тишина, лишь тяжёлые портьеры, покачиваясь от сквозняка, нарушали её своим едва различимым шелестом.
Воздух в комнате сделался прохладным, отчего Лин повела плечами. Ощутив, что она дрожит, Сэмюэль прижал её немного ближе к себе и укутал в тёплое одеяло, словно в кокон. Каждую клеточку её тела наполнило уютное тепло, отчего Лин мгновенно расслабилась.
— Семь лет назад мою мать убил демон, — неожиданно заговорил Сэмюэль, в дребезги разрушив царившее в комнате умиротворение.
Его голос показался ей пустым и бесцветным, словно доносился из-под толщи воды.
От неожиданности Лин замерла в его руках, боясь пошевелиться и тем самым спугнуть Сэмюэля. Она понимала, что сейчас последует продолжение. И Сэмюэль не разочаровал её, заговорив:
— Ей никогда не нравилось то, чем мы с отцом занимались. Она не понимала, почему именно дети членов Конгрегации в возрасте восемнадцати лет должны становиться последователями ордена. Поскольку я был единственным ребёнком в семье, она всячески хотела оградить меня от этой участи, но отец, который на момент моего рождения уже занимал пост главы Конгрегации, настоял на своём. На фоне этого у них постоянно возникали ссоры и склоки. Я частенько засыпал под ругань из соседней комнаты. Мать была совершенно не создана для такой жизни, а отец этого не всё никак не мог понять. Иногда мне кажется, он до сих пор этого не понял. И вот как-то раз, когда я закончил обучение и уже целый год жил вдали от них, я вместе с небольшой группой последователей ордена отправился в один тихий район Лондона. С помощью хронометра мы выяснили, что там появились демоны. Мы сражались храбро, безжалостно уничтожая демонов, но одному из них в тот день удалось знатно меня помять. Узнав об этом, мать тут же закатила жуткий скандал отцу. — На некоторое время он замолчал. Молчала и Лин, боясь, что он прервёт свой откровенный монолог. — Была уже глубокая ночь, когда мать запрыгнула на свою горгулью и отправилась в Люмен.