— Ты кто такая? И что это за наряд? — его дерзкий, ханский тон вырвался сам собой. Он не хотел хамить, но рыжие брови уже сошлись на переносице, и Киллан скрестил руки на груди.
— Меня зовут Малия… Малия фон Вальдек… — тихо ответила она, продолжая нервно осматриваться. И тут Киллан заметил, как его головорезы пожирают ее глазами. Кто-то смотрел с удивлением, кто-то – с откровенной похотью.
«Словно в первый раз девку увидели, идиоты…» — подумал Джонс и вновь перевел свой взгляд на незнакомку.
— И… я дочь Белоснежки.
В рядах его команды прокатился вздох изумления. Даже сам Джонс удивленно вскинул брови. Добренькая? И здесь? Как? Киллан нервно усмехнулся.
— Ха! Принцесса? На меня упала принцесса!
Киллан окинул Малию оценивающим взглядом. Платье на ней было странное – нечто среднее между бальным нарядом и дорожным костюмом, явно не предназначенное для прогулок по пиратским кораблям. Изящная, хрупкая, как статуэтка из слоновой кости, она казалась совершенно неуместной на фоне грубых пиратов и пропитанного ромом воздуха.
"Интересно, и что же эта неженка забыла на Острове Злодеев?" – подумал Киллан, не сводя с нее глаз. "И как она вообще сюда попала? Неужели Белоснежка настолько отчаялась, что отправила свою дочь на верную смерть?"
Он прищурился, рассматривая Малию. В ее глазах не было ни страха, ни отчаяния, лишь какая-то тихая решимость, прикрытая легкой тревогой. Что-то в ней зацепило Киллана, что-то, что заставило его отбросить привычную надменность и проявить хоть толику интереса.
— Что ж, принцесса, – произнес он, растягивая слова, – это большая честь для меня. Но боюсь, вы попали не по адресу. Здесь вам не Диснейленд. Так что, может, расскажете, как вас угораздило свалиться с неба прямо на меня? И, самое главное, зачем вы здесь?
Малия слегка вздрогнула от его слов, но не отвела взгляда. В ее глазах мелькнула искорка раздражения, словно его саркастический тон ее не удивил, а скорее утомил. Она выпрямилась, словно набралась храбрости, и ответила ровным голосом, в котором не было и намека на испуг:
— Я здесь не по своей воле, если вам это интересно. И у меня нет времени на светские беседы.
Киллан ухмыльнулся. Эта маленькая принцесса умела держать удар. Это было неожиданно. Он ожидал слез, истерики, мольбы о пощаде, но никак не этого холодного, сдержанного достоинства.
– Не по своей воле, говоришь? – протянул Киллан, обходя ее кругом, словно рассматривая экспонат. – Ну, тогда, возможно, стоит прояснить, кто именно лишил тебя этой самой воли. Или ты предпочитаешь хранить молчание, прикрывая чьи-то грязные делишки?
Малия поджала губы, но промолчала. Киллан остановился прямо перед ней, наклонившись так, чтобы их лица оказались совсем близко.
– Знаешь, принцесса, в этом месте молчание часто принимают за согласие. И согласие, как правило, обходится очень дорого. Особенно таким, как ты.
Ее глаза вспыхнули, но она снова взяла себя в руки.
– Мне нечего вам рассказывать, – процедила она сквозь зубы. – И я не боюсь вас.
Киллан расхохотался. Этот звук был низким, угрожающим, и от него по спине Малии пробежали мурашки. Он отстранился, делая широкий жест рукой, словно приглашая ее к чему-то.
– Ну что ж, принцесса, твое дело. Но не говори потом, что я тебя не предупреждал. Время – жестокая штука, особенно когда его у тебя почти не осталось.
— Да кто ты такой… Чтобы со мной так разговаривать!? Ты… - но её щеки резко сжала рука пирата. Зелёные глаза Киллана жёстко посмотрели в глаза принцессы.
— Следи за словами, корохуля… - жесткая улыбка появилась на его губах, и Малия слегка сжалась.
Она почувствовала, как страх холодной волной прокатился по спине. Его хватка была сильной, обжигающей. Ярость, клокотавшая в нем, ощущалась почти физически. Малия всегда знала, что пираты – жестокие люди, но никогда не сталкивалась с этим лицом к лицу.
— Ты думаешь, я испугаюсь тебя? – прошипела она, стараясь сохранить видимость храбрости. Её взгляд, хоть и полный ненависти, невольно выдавал затаившийся ужас.
Киллан усмехнулся, и его пальцы сжали ее щеки еще сильнее.
— Испугаешься. Ты уже боишься. И правильно делаешь. Я могу сделать с тобой все, что захочу, и никто не заступится. Запомни это, принцесса. Твои корона и титул здесь ничего не значат.
Малия стиснула зубы. Он был прав. Здесь, в его власти, она была беззащитна. Но она не собиралась сдаваться без боя. В её взгляде вспыхнула искра непокорности.