— Второй шанс. — задумчиво проговорила Канни, и жрица удивленно воззрилась на нее. — Я верю в то, что каждый заслуживает второго шанса, возможности исправить и искупить содеянное. Однако совсем не каждый хватается за данную ему возможность. Вот и наши герои свою образовавшуюся внутри пустоту заполнили жаждой мести?
— Полагаю, Йонелет воспринял изгнание просто как отсрочку в исполнении своих первоначальных планов. — отчеканила Юми. — Итак, он вошел во дворец, забрал королеву, запечатал ворота и, без сомнения, снова отправился к Древу. — мрачные мысли эльфийки, витавшие вокруг нее, уже физически ощущались в воздухе маленькими ураганчиками, неприятно покалывающими кожу электрическими разрядами. — Гибель Салданэсселара теперь — лишь вопрос времени. И хотя сила, дарованная мне Кореллоном, велика, в одиночку целый город мне не спасти.
— Полагаю, нас он поторопился списать со счетов. — заметила головорез зловещим голосом. — И от своего второго шанса отказался громко и четко. Теперь… есть у тебя идеи, как нам попасть во дворец? — она любопытно смотрела на могущественную жрицу.
Юми злорадно ухмыльнулась.
— Идеи есть. Всего-навсего надо освободить от захватчиков городской храм. — с ироничной улыбкой продолжила она. — Тогда я смогу осуществить Ритуал, который хотя бы на время восстановит нарушенную магическую защиту города.
— Что нам это даст? — тут же не удержалась от вопроса Канни, имевшая и о магических, и о религиозных ритуалах крайне смутные представления.
— Ммм… Не забивай свою симпатичную кровожадную головушку всякой магической ерундой. — терпеливо объяснила Юми. — Просто знай, Салданэсселар встанет против захватчиков сам. Щелчком выкинет со своих улиц всех призванных магией чудовищ, дунет — и рассеет темные чары, что, в свою очередь, сорвет печать с дверей королевского дворца. Впечатляет? Изгнанник, конечно, тоже не будет сидеть, сложа руки, и любоваться разрушением своих планов. И все же, продержавшись хотя бы пять минут, магическая защита даст нам шанс добраться до самого Айреникуса и побеседовать с ним по-свойски. — жрица приободрилась, и ее черты опять словно осветились изнутри каким-то волшебным невидимым светилом.
Бой за освобождение храма Риллифэйна Раллатила, охранявшегося отрядом крупных демонов, едва не вошел в историю — на скорбную ее страницу. Однако удача не отвернулась от дочерей Баала и их друзей, и вскоре измученные компаньоны уже шагали по освобожденным от чудовищ улицам Салданэсселара в сторону монументального здания королевского дворца.
— Тут я должна откланяться. — опытные глаза жрицы то и дело выцепляли из общей картины израненные тела соотечественников. — Время чинить тушки! Хотя… сомневаюсь, что кто-то из них после этого изможденному Баалову отродью даже чаю предложит… — устало и грустно усмехнулась Юми. — Счастливо, друзья. Вы это… Приходите. Ко мне. В храм… С дарами! Кто к нам в храм без подношений придет, того мы покараем на месте…
Мелодичный голос затихал по мере того, как она удалялась от компании, направляясь к ближайшим залитым кровью, но все же неизменно прекрасным «тушкам» раненых эльфов.
— Интересно, все дочки у Баала были с причудами? — глядя вслед жрице, задумчиво пробормотал Гаррик, и Канни с Имоен одновременно щипнули его за оба уха.
— Только дочки? — подлил масла в огонь Хаэр'Далис.
Канни затряслась от беззвучного смеха, мысленно примеряя всяческие причуды на угрюмого Саревока.
Здание королевского дворца Салданэсселара поражало воображение своим изящным великолепием. Друзья прошли сквозь распахнутые настежь огромные кованые ворота, которые, казалось, ни одному смертному не под силу было бы сдвинуть ни на волосок. Прошагали по тихому и темному внутреннему дворику и беспрепятственно вступили под своды древнего замка. Различие дворца с любыми другими постройками города становилось очевидным любому зрителю с первого же взгляда: все здания, храмы, самые миниатюрные беседки, все покоилось на невероятных ветвях древнего белого дерева, Древа Жизни Салданэсселара. В свою очередь, королевский дворец был построен вокруг верхней, более тонкой части ствола, так, что верхушка Древа проходила его насквозь, образуя купол, заменявший дворцу своды. Миновав безлюдные приемные покои, компаньоны поспешили вглубь дворца, отыскивая путь к самому Древу. У подножия крутой винтовой лестницы, уходившей резко вверх, Канни внезапно остановилась, тяжело дыша и напряженно прислушиваясь к обволакивавшей их тишине.