– Обалдеть!– прошептала мне на ухо журналистка с горящими глазами.
– Может Янке остаться лучше здесь?– предложил я, услышав про смертных.
– Еще чего!– хмыкнула Красовская, устремившись вперед. Я схватил ее за руку и внимательно поглядел на Агриппину.
– Сама же сказала никто из смертных… Поверь, я не допущу, чтобы она подверглась хоть какой-то опасности!– с угрозой в голосе проговорил я.
– Чрезвычайные обстоятельства…Именем Ковена Ведьм я позволяю Яне Красовской посетить библиотеку,– громко и отчетливо проговорила нужную формулу Агриппа.
– Так-то лучше!– благосклонно кивнул я, шагая в след за дамами.
– А почему она сказала, что к смертным отношусь только я,– хитро прищурившись, спросила Яна.
– Я тебе потом как-нибудь расскажу,– отмахнулся я, от удивления раскрыв рот, едва переступив порог этого книгохранилища. Хотя нет…Самого величайшего книгохранилища в истории человечества!
Вокруг меня все на многие и многие километры было уставлено стеллажами с книгами. Вернее не только с книгами. Тут соседствовали древние пожелтевшие пергаменты в деревянных тубусах с вполне современными томами. Берестяные грамоты наших предков с цифровыми копиями лучших романов современности. Здесь было все, что человечество написало за множество лет своего существования.
– Александрийская библиотека, библиотека Ивана Грозного…– задумчиво перечислила Агриппина так же, как и мы замеревшая на пороге, пораженная величием мудрости предыдущих поколений, записанной на бумаге.
– Офигеть…– ошарашенно пробормотала Янка.– И это чудо прямо в центре Харькова!
– Ян…
– Да, знаю, знаю, Дворкин, что никто об этом не должен знать, но каков масштаб…– она восхищенно провела ладонью по свиткам, уложенным стопочкой на одной из полок, подняв кучу пыли.– никогда бы не подумала…
– И как мы будем искать нужный нам манускрипт в этом разнообразие?– нахмурился я, вспомнив о насущном. В голове мерно и настойчиво щелкал хронометр, отсчитывая положенное нам на спасение мира время. От этого было неловко. Потому что время не терпит суеты. А тут…Тут время будто замерло, соединив в себе все времена, прожитые нашими предками.
– Саша…Саша,– укоризненно покачала головой ведьма, взмахнув рукой.– неужели ты считаешь, что каждая ведьма Ковена, чтобы найти какую-то интересующую ее книгу лет сто лазит по полкам в поисках необходимого на приставной лестнице? Если бы это было так, то в этой мудрости не было никакого смысла.
Она взмахнула рукой и с ее ладоней сорвалось что-то серебристое невесомое, то ли похожее на далекие звездочки, то ли на какую-то магическую пыль, мерно переливающуюся в тусклом свете чадящих факелов, развешанных по углам библиотеки. Эти крошки замерцали ярким золотистым светом, сорвались вверх и разлетелись по всей комнате, оставляя за собой чудесный шлейф цветочного аромата. На все это мы с Красовской смотрели, как дикари остров Папуа Новой Гвинеи на бусинки, подаренные конкистадорами, раскрыв рот и широко распахнув удивленные глаза.
– Секунду!– подняла указательный палец вверх с видом доброй учительницы ведьма. Она меньше всех из Ковена была похожа на настоящую злую колдунью. В ее облике было что-то доброе, домашнее, никак не вяжущееся с ее реальной деятельностью.
Серебристые звездочки разлетелись по всему залу, и уже через некоторое время сгрудились над одной из полок в самом дальнем углу библиотеки, кружа рядом с ней светящимся роем.
– А вот и манускрипт!– удовлетворенно хмыкнула ведьма, двигаясь в их сторону.– Его давненько никто не использовал, так что и находится он далековато. Нам пришлось пройти несколько сот метров, пока мы не оказались рядом с нужной нам полкой. Светлячки тут же погасли и испарились. Только лишь запах луговых цветов висел в воздухе, будто пропитанный ими.– Ну-ка, Дворкин, помоги!– я обхватил ведьму за ее тонкую талию, подсадив слегка наверх. Миниатюрная колдунья достать до второй полки без посторонней помощи уже не могла. – Апчхи!– чихнула она, подняв небольшое облако пыли. – Сюда давно пора загнать домового, чтобы навести здесь порядок…Немного поискав на полки, она легко спрыгнула с моих рук на пол. – А вот и он!
В ее руках была обычная современная книга, лишь упакованная в какой-то странный материал, напоминающий чью-то кожу. На коричневой, потемневшей обложке золотистыми буквами была вытеснено : “История черной магии и ее приемов. Переиздание.”
– Переиздание?– нахмурился я.
– Когда Святослав сжег Шарукань – столицу половецкого княжества большинство письменных источников сохранить не удалось. Мы восстанавливали все по крупицам, записывая воспоминания очевидцев. Так появилась эта книга…– с виноватым видом пояснила Агриппина.