— У аппарата, — в трубке звучит уставший мужской голос. Где-то на фоне слышится шум офисной рутины и далёкие реплики таких же операторов. Однако, прежде чем девушка успевает что-то сказать, на несколько секунд ему приходится отвлечься от звонка. — Успеем отметить, только из трусов не надо выпрыгивать. Просто дай мне закончить, tgm32167 на связи.
— Деро выполнила заказ. Прошу отправить в 451 квартиру бригаду ликвидаторов и… у меня тут маленькая проблемка возникла, — в начале слова полны спокойствия, но стоит обмолвиться о нюансе, как в сказанном легко прослеживается дрожь. В попытке это скрыть, обладательница красной кожи начинает прочищать горло неправдоподобным кашлем. — Я была вынуждена накачать родителей Синергией. Прежде чем ты начнёшь орать, они своими мыслями порочили наше государство.
— Твою мать… — из мобильника слышится эмоция. Предложение, на чувственном уровне, слипается в амальгамацию, не дающей распознать гнев или усталость в этих слогах. Со вздохом, оператор продолжает мысль, параллельно нажимая на клавиши механической клавиатуры. — Для протокола: деньги переведены на счёт, ликвидаторы отправлены разгребать последствия перехода, к ним приставлен алхимик в соответствие с показаниями. А теперь между нами… прекрати давать таким личностям это лекарство. Ты обрекаешь их разум на вечные райские кущи, пока тело будет работать в составе какого-нибудь механизма. Милосерднее было бы просто сломать им шеи.
„Мудак… — в чертоги разума врывается мысль, когда палец нажимает на красную иконку сброса. Мобильник отправляется в один из карманов брюк. Вторая рука тянется за часами и лёгким движением кисти открывает крышку. — Легко говорить о том, что надо делать… так они хоть продолжат жить со своим сыном.“
В зеркале, помимо собственного отражения, видно тёмный коридор квартиры. Пол и стены покрыты чем-то пульсирующим. В воздухе витает вонь чьих-то испражнений и разлагающегося мяса. Глаза сосредотачиваются на надписи, и лёгкая улыбка посещает её лицо.
— Я дитя Лилит… — захлопнув дорогое сердцу изделие, убрав на законное место, Деро оборачивается и закрывает дверь в квартиру 451, пусть слопанный ею знаком и не внушает веры в защиту от рискованных мародёров. Наклонившись, девушка сковывает пальцами ручку чемодана. Встав в полный рост, подняв чёрный груз с пола, обладательница красной кожи отправляется к лифту. — Не больше и не меньше, верно, малыш? Нам по дороге придётся наказать никудышного оператора за игнорирования протокола.
„П-Помогите… — в черепе, помимо собственного голоса, появляется тихий шёпот ребёнка. Мурашки бегут табуном по всему телу. — Папа… мама… мне больно… помогите мне… п-прекрати переваривать меня.“
Каблуки продолжают свой цокот.