Он опускается на колени рядом со мной; линия его челюсти напрягается, когда он тянется к шнуровке моих кожаных штанов. Голова идет кругом, и я даже не могу сформулировать слова протеста, прежде чем он стягивает штаны с моих ног. У меня едва хватает времени схватить рукоять крошечного лезвия, спрятанного в ножнах на бедре, прежде чем он снимает кожу, перебрасывая ее через спинку ближайшего стула.
Он приподнимает меня, усаживая, и собирает ткань платья, сбивая ее вокруг моей талии. Это всё слишком — слишком быстро, и поднимает слишком много воспоминаний и чувств, которые я предпочла бы оставить на кладбище своего сердца.
Свет мелькает в окне, и моя рука выбрасывается вперед, прижимая лезвие к его горлу еще до того, как ответный раскат грома сотрясает темнеющее небо. Его брови взлетают вверх, руки замирают на моей талии. Должно быть, я выгляжу как напуганный зверь с выпущенными когтями и оскаленными зубами, судя по тому, как он смотрит на меня.
Это был первый урок, который я усвоила, когда училась охотиться: никогда не приближайся к раненому животному. Они непредсказуемы и полны смертельного отчаяния.
Его лицо возвращается к привычному хмурому выражению.
— Я пытаюсь тебе помочь.
— Не надо, — хриплю я.
Он изучает мои глаза и пронзает меня взглядом.
— Если уснешь в этом платье, можешь не проснуться.
— Я в п-порядке. — Мои зубы стучат.
— Ты не в порядке. Тебя трясет так сильно, что я практически слышу, как гремят твои кости, — рычит он. — Пусти в ход это лезвие или нет, но я не буду сидеть здесь и смотреть, как ты умираешь, только ради твоей скромности.
Я не делаю попытки убрать лезвие от его горла, и он смягчает голос.
— Смотри, я держу глаза вот здесь.
Он удерживает мой взгляд, пока его пальцы начинают сминать остатки ткани в лужицу вокруг моей талии. Он стягивает платье через голову, сдирает рукава с моих рук, оставляя меня с кинжалом, хотя у него есть все причины и возможности отобрать его. Мы оба знаем, что я не в том состоянии, чтобы одолеть его. Он разворачивает одеяло и заворачивает меня в него.
— Я просто проверяю раны, — говорит он, ожидая, пока я коротко кивну, прежде чем провести быстрый осмотр ног, торса и шеи.
Он старается держать одеяло так, чтобы не открыть больше необходимого, и задерживается лишь ненадолго у пореза под моей грудью.
— Ничего угрожающего жизни, — говорит он, выпрямляясь.
Дрожь тела становится болезненной, сильный жар огня обжигает меня. Несмотря на холод и боль, я никогда в жизни так отчаянно не хотела спать. Я кладу голову на деревянный пол, используя лишь тяжелое одеяло вместо подушки, и быстро проваливаюсь в сон под звук сплошной стены дождя, барабанящего по крыше.
Холодный порыв воздуха вызывает мурашки на коже, и холод вырывает меня из сна. Я свирепо смотрю на генерала, когда он откидывает мое одеяло, уже избавившись от собственной промокшей одежды.
— Что ты д-делаешь? — требую я.
— Убеждаюсь, что ты получишь необходимое тепло, — говорит он, словно это всё исправит.
Мой взгляд метнулся к кинжалу над головой, куда я положила его, когда он уложил меня перед огнем, и его глаза следят за моим взглядом.
— Я бы предпочел, чтобы меня не зарезали за мои попытки спасти твою жизнь, — говорит он, — но я бы понял. Особенно после этого.
Он обнимает меня, крепко прижимая к груди, зажимая мои руки между нами. Мои бицепсы приклеены к бокам, скованные железным обручем его рук. Я втягиваю воздух, задерживая дыхание, пока мое тело напрягается, готовясь к защите, но мужчина не двигается. Он просто лежит неподвижно, прижавшись грудью к моей груди, а моя спина обращена к огню.
Напряжение медленно покидает тело, и я заставляю себя сделать глубокий вдох; легкие наполняются запахом цитруса и кедра. Его запахом. Мои веки тяжелеют, пока жар его тела просачивается в мое. Я чувствую себя ледяной лужицей, тающей в оттепель, и глубоко вздыхаю, закрывая глаза.
— Еще нет, — бормочет он; его губы и несколько выбившихся прядей мокрых черных волос касаются моего лба. — Побудь без сна еще немного. Ты ударилась головой, когда упала.
— Я в порядке, — шепчу я.
— Ты продолжаешь это говорить. Я начинаю сомневаться, знаешь ли ты вообще, что значит это слово.
Его хватка ослабевает, и он обхватывает ладонью мой затылок; пальцы ощупывают болезненную шишку, полученную при падении. Я с шипением втягиваю воздух сквозь зубы, и его рука падает мне на спину, ложась между лопатками.
— Что это было за существо? — спрашиваю я вслух.