— Я рада служить любым возможным способом, — невозможно спутать голос Ишары, когда он скользит в коридор.
— Как только король будет отстранен от власти, ничто не помешает нам очистить эту завесу от оставшихся смертных, — говорит женщина.
— И ничто не удержит нас от феа, — мурлычет женщина с низким голосом.
Грохот большого подноса, падающего на пол, и звон бьющегося хрусталя заставляют меня выпрямить спину.
— Как ты смеешь, — гремит та же женщина с низким голосом. — Ты думаешь, я не знаю назначения каждого растения, что растет под сенью Браксиана?
— Сай… — говорит мужчина.
— Молчать! — кричит она. — Кто из вас был достаточно дерзок, чтобы подмешать талис в мой напиток?
Хишт.
Всхлип вырывается из комнаты, и мои ноги сами несут меня к спасительному выходу.
— Ты ответишь ей правду, — приказывает Ишара.
— Я бы никогда не подумала обесчестить мою госпожу таким образом, — протестует одна из служанок.
— Пожалуйста, — умоляет другая, — это была не я.
— Сай, — говорит мужчина, — ни одна душа в этом доме не посмела бы.
Остальная часть спора теряется для моих ушей, когда я проскальзываю в кабинет, натягивая низкий капюшон плаща, чтобы скрыть черты лица, прежде чем открыть дверь на балкон. Я взбираюсь на каменные перила и сажусь на корточки, готовясь к прыжку и перекату на крышу коттеджа.
Моя голова резко поворачивается в сторону, когда балконные двери зала собраний распахиваются настежь, и высокий мужчина с густой копной черных волос и ярко-синими глазами выходит наружу, чтобы осмотреть территорию. Его голова резко поворачивается ко мне, глаза встречаются с моими, и у меня внутри всё обрывается, когда холод расцветает вдоль позвоночника, а воздух выбивает из легких. Его лоб морщится, и я не жду, чтобы осознать тот взгляд, которым он меня одаривает, прежде чем прыгнуть на крышу внизу, скатываясь с карниза на землю и приземляясь на ноги.
Я мчусь через лужайку, когда слышу голос Ишары позади.
— Стоять! — требует она, и я делаю вдох, преодолевая ледяные щупальца, лижущие позвоночник, ныряя в темные переулки А'кори.
Я не замедляюсь, чтобы оглянуться, когда крики позади становятся громче, а звонкий стук копыт раздается по мощеным улицам. Ругаясь себе под нос, я сворачиваю к центру города, когда всадник проносится через узкий переулок, пришпоривая коня в галоп. Я скольжу в тень; его стремена высекают искры из каменных стен зданий, когда он проносится мимо.
Я выдыхаю, когда он поворачивает на юг, петляя по лабиринту А'кори, а я поворачиваю на север, к дворцу. Это осторожное и рассчитанное путешествие к краю города. Крики стихают, когда луна поднимается над самым высоким из окружающих строений, лишая меня теней, которые обещали укрытие в начале вечера.
Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем я оказываюсь на границе своего укрытия и полной открытости. Разноцветные здания у меня за спиной, а передо мной раскинулся обширный парк, отделяющий город от дороги, которая приведет меня в мою постель. Я медленно ступаю на траву, готовая метнуться обратно в лабиринт, если меня заметят.
Низкий женский смех раздается позади, и я разворачиваюсь на каблуках, только чтобы столкнуться с женщиной, преграждающей мне путь к узким улицам. Нет времени размышлять, откуда она взялась или как я ее не заметила, прежде чем она склоняет голову набок и тщательно меня оглядывает. Ее длинные белые волосы падают на кожу цвета слоновой кости, а голубые глаза сверкают в лунном свете.
— Не припоминаю, чтобы приглашала тебя на свою вечеринку сегодня, — говорит она.
Мой лоб хмурится, когда мороз снова разворачивается вдоль позвоночника; мой демон разжимает кольца, чтобы встретить ее с яростным намерением. Наконец я начинаю понимать это ощущение таким, какое оно есть. Прикосновение дара фейнов. Хотя ни одно описание их сил, которое мне давали, не было таким тонким, как этот мимолетный холод.
Ее брови поднимаются, когда она улыбается.
— Хотя, возможно, это было приглашение, которое я просто упустила из виду.
Волоски на затылке встают дыбом, когда она начинает обходить меня, словно крупная кошка, оценивающая добычу. Прищурив глаза с любопытством, она спрашивает:
— Кто ты?
— Я могла бы быть союзницей, — лгу я.