— Я буду её беречь, — ответил Давид со всей серьёзностью и твёрдостью.
— Не сомневаюсь, — тут же отозвался Александр и легко улыбнулся. — Вы голодны? Может продолжим разговор за обедом?
И не дожидаясь наших ответов, обернулся к Милене, чтобы та открыла металлическую дверь нашей камеры. Та хоть и скривилась, но послушно выполнила приказ. Всё казалось прошло легко и просто, но я понимала, что всё только началось и что вряд ли такой человек, как мой биологический отец, нам вот так сходу поверил.
Разговор по душам
— Ты очень похожа на мать, Маргарита, — произнёс «отец» очевидный факт за столом.
— М-м-м, — промычала ему в ответ соглашаясь.
Возможно отвечать более вразумительно было бы безопаснее, но я с утра ничего не ела, а перед нами был накрыт стол. Пока Александр с интересом на нас поглядывал, Давид нервно сжимал столовые приборы в руках и практически не притрагивался к еде. Я вот наоборот, не чувствовала страха, как и вообще ничего не чувствовала, но ощущала голод организма и осознавала ответственность за детей, а соответственно и необходимость хорошего питания. Дают еду? Надо есть.
— У тебя очень здоровый аппетит, — отметил Александр одобрительно.
— Ага... Ну знаешь, голодное детство и всё такое, — кинула завуалированную шпильку в его адрес. — Теперь не упускаю возможности хорошо и вкусно поесть, если подвернётся случай.
Александр усмехнулся, но кивнул почему-то одобрительно и кажется улыбнулся искренне. Он сидел во главе, мы с Давидом по правую руку от него. Напротив нас сидела недовольная Милена, которая презрительно фыркнула на мои слова. За столом также находилось еще несколько человек, которые по всей видимости были наиболее приближенными к Александру. Все они смотрели на него как на божество, с благоговением. Узнав о том, что я его дочь, многие и на меня смотрели дружелюбно. Кроме Милены. А для меня было непонятно почему она вообще сидит за этим столом. Неужели этой глупой зарвавшейся девчонке Александр доверяет? Неужели он не знает что она меня прокляла? Если не знает, то это странно, ведь не спроста же мне предлагали стать участницей эксперимента по искусственному оплодотворению. Но если знает, то... Как он может? Это явно не отцовское поведение.
— Почему она сидит с нами за одним столом? — спросила я мужчину прямо, кивнув при этом на Милену, от чего та мигом вспыхнула.
— Тебе она настолько не нравится? — Спросил Александр спокойно и с легкой ноткой любопытства, переводя взгляд со спокойной меня на почему-то занервничавшую аристократку.
— А что, разве может нравиться человек, который над тобой издевался три года, проклял и лишил возможности на счастливую семейную жизнь? — Спросила в ответ на вопрос с напускной иронией и максимумом сарказма, который могла выдать без чувств. Постаралась посмотреть на Милену с ненавистью.
— Вот как... Милена, ты говорила, что у вас нет дружеских отношений с Маргаритой и что она тебе не нравится, но видимо забыла упомянуть некоторые важные детали. — Александр посмотрел на девчонку с намёком, позволяя той самой всё рассказать.
— Я... Я... — Милена не знала что сказать и растерянно оглядывалась, пытаясь найти поддержку.
— Она прокляла Марго заклятием бесплодия! — Возмутился Давид и сделал это так пылко, что мне пришлось ухватить его за рукав, чтобы он не кинулся в атаку через стол. Хорошо играет. Хотя играет ли? Давид с самого начала был крайне возмущён, что Милене всё сошло с рук. Александр отчетливо нахмурился и в его глазах полыхнула ненависть. Мне показалось это чересчур сильной реакцией. Это явно не из-за его резко проявившихся отцовских чувств. Его эта ситуация задела за живое? — Ещё и из-за этого я не стал выполнять задание сразу! Потому что я знал что Милена на вашей стороне и её действия на момент моего задания меня крайне возмутили! Вы же знаете!... — Он резко замолчал и опустил голову тяжело дыша. О да, актёр! Талант! Александр явно понял, что Давид с его травмой смерти беременной сестры очень ярко воспринял такое проклятие в сторону беззащитной девчонки.
— Так-так-так... — Александр побарабанил пальцами по столу. Его голос звучал мягко, практически нежно, но почему-то даже у моего тела пошли мурашки по коже. Я не чувствовала страха, но чувствовала скрытую опасность. — Это в корне меняет дело... Для тебя, Милена, — постановил он жёстко и аристократка сжалась под его взглядом.
— Простите, я не знала что она ваша дочь, если бы я знала, то я бы ник... — зачастила она, но я решила её перебить.