— Хочу на карусели, — заявила я. — А еще мороженого и ягодного напитка.
— Как скажешь, Мэенок, — широко улыбнулся блондин, и мы прибавили шаг.
Ярмарка заняла несколько кварталов. На площадях давали представления, показывали разных животных, катали на каруселях. В глазах рябило от ярких одежд, воздушных шаров и пестрых вывесок. В ушах звенело от криков и смеха. Крис умело лавировал в толпе, обводя места, где торговали вином, и откуда неслись разудалые песни. Отпихивал наглецов, если они пытались пролезть через нас, не позволял толкать меня или наступать на ноги. Второй раз я восхищалась этим талантом блондина, на боях умертвий он тоже провел меня, оградив от любых неприятностей… кроме ректора. Наших спутников мы так и потеряли. Впрочем, найти их мы своей задачей не ставили.
Карусели нашлись на маленькой площади, третьей по счету. Вот тут и сработало отстутсвие стопора у моего кавалера. Он в наглую обошел очередь, усадил меня в кресло на цепочках, кинул монету хозяину каруселей, и тот потерял к наглецу всякий интерес. Затем обернулся к недовольным, скрестил руки на груди и вступил в диалог. О чем мое хамоватое чудовище говорил двум широкоплечим парням, я не знаю, потому что карусель понеслась по кругу, но победителем в споре остался явно Крис, потому что к моему возвращению, оба парня, готовые до этого кулаками доказать, как не прав зеленоглазый красавчик, теперь спокойно стояли в стороне и даже не смотрели на него.
— Еще, сладенькая моя? — спросил Крис, и я кивнула, широко улыбаясь. Карусели всегда были моей слабостью.
Хозяин вновь дернул длинную ручку, и карусель пошла на новый круг. Ветер ласкал лицо, я прикрыла глаза, наслаждаясь этими невесомыми прикосновениями.
— Хочется быстрей, — негромко сказала я, но мой кавалер услышал.
— Все для тебя, Мэенок, — услышала я, и карусель начала набирать ход.
Я открыла глаза и взглянула на блондина. Он смотрел на меня с улыбкой, а его глаза немного сияли от прилива магии.
— Да-а, — засмеялась я и выдернула из волос шпильки, давая им свободу. — Еще!
— Держись крепче, котенок, — весело крикнул Аерн, и карусель еще ускорилась.
Кто-то взвизгнул на соседних сиденьях, я обернулась, только сейчас подумав, что не одна, но быстро расслабилась. Похоже, людям скорость нравилась.
— Еще? — крикнул Крис, и я замотала головой.
— Мама, я тоже так хочу! — услышала я детский голос.
— Ты еще маленький, — ответила ему мать.
Я махнула блондину, чтобы он вернул карусель к ее начальной скорости. Кто-то разочарованно замычал, но мы ведь не одни, правда? Мне было несколько стыдно за то, что мы с Крисом захватили карусель, а там малыши ждут… Хозяин опять дернул длинный рычаг, и карусель остановилась. Блондин подхватил меня, снимая с сиденья. На все мои возражения ответил невиннейшим взглядом.
— Мэеночек, я же всего лишь помочь хочу, — похлопал он наглыми глазками, и я в который раз махнула на него рукой, все одно сделает, как захочет.
Мы мотались по ярмарке, сунули нос в лавку амулетов, потом заглянули к зельварам, но быстро покинули эти ряды, потому что они живо напомнили академию. Потом смотрели представлением с участием дрессированных собак, слушали песни уличного менестреля. Потом Крис поучаствовал в соревновании стрелков, я кидала кольца и выиграла тряпочную куколку. Я уже не говорю обо всем, что мы успели попробовать. Глаза Криса поблескивали от проб Даргайского вина, у меня трещал живот от пирожков с разнообразными начинками. С ярмарки мы практически сбегали, уже не глядя по сторонам, потому что невозможно было пройти мимо всех этих вывесок и веселых зазывал. На поясе блондина пристроился новый нож в серебряных ножнах. Его продавец уверял, что сталь заговоренная, и нож летит всегда в цель. Особо магии от ножа не чувствовалось, но мне понравилась рукоять с витиеватой гравировкой, потому Аерн все-таки купил его. А у меня появилась теплая шаль и плетеная шкатулка, очаровавшая меня орнаментом из цветов, выгладивших, как живые.
— Куда теперь? — спросил Крис. — Хочешь, пойдем в театр.
— Нет, зрелищ мне сегодня хватило, — улыбнулась я. — Пойдем в парк, покормим лебедей.
— Отличная идея! — поддержал меня блондин.
Он свистнул, и к нам подкатил наемный экипаж. Экипаж был открытым, и мой кавалер сел целомудренно напротив. Сегодня он меня бесконечно радовал. В своем сытом благодушии я даже решила его поцеловать, сама. Ему приятно, а мне нетяжело. Где-то под толстым слоем умиротворения шевельнулась совестливая мыслишка, что опять даю надежу на что-то большее, но я от нее отмахнулась. Я так, совсем немножечко поцелую и все. Заслужил. Впрочем, это Крис, а еще не вечер.