— В подземных галереях, с Аерном, — выкрикнула я.
— Зачем? — ну, как можно быть такой жестокой сволочью?!
— Я хотела посмотреть на тренировку некромантов, — я откинулась, застонав от бессильной злобы.
— Зачем? — губы демона коснулись уже совсем не запретного и непотаенного, но тут же отстранились.
— Кто-то из них участвует в заговоре, — сдала я себя почти окончательное.
— Расскажешь, — ответил демон, в который раз возвращаясь к тому, что никак не желал довести до конца.
— Киан, — задохнулась я, — Киа-ан, — стон вырвался из груди, — Киан! — собственный крик оглушил меня, но я вновь и вновь продолжала выкрикивать его имя, пока взмывала на волне того неведомого наслаждения, которая, наконец, достигла всего моего существа. — Киан, — прошептала я, замирая, опустошенная и обессиленная.
— Мое дыхание, — восторженно прошептал он, нависая надо мной и впиваясь в губы.
Но быстро разорвал поцелуй и устремился в душевую, на ходу срывая одежду. Огненные путы все еще удерживали меня. Призвав Свет, я освободилась, села на кровати, пытаясь, отдышаться и огляделась, отмечая краем сознания свою растерзанную одежду, шум воды и сдавленные ругательства, доносившиеся из душевой комнаты. Поднявшись с кровати, я подкралась на цыпочках к двери, приоткрыла ее и заглянула в душевую, наблюдая демона в полной трансформации. Он запрокинул голову, подставив тело под льющуюся воду, время от времени выдавая следующее ругательство. Все так же на цыпочках я подкралась, втиснулась рядом и взвизгнула. Вода была ледяная.
— Уйди, — потребовал Киан. — Прямо сейчас уйди в комнату.
— Вода холодная, — пожаловалась я.
— Убирайся, — прошипел демон, с яростью глядя на меня.
Я пискнула и сбежала в комнату, замоталась в покрывало и забилась в угол, стараясь стать, как можно незаметней. Мне было обидно. Не я же придумала пытать меня таким изощренным способом. Хотя… не бить же ему меня было, а просто так я бы не созналась. Шум воды стих, и вскоре Киан, уже в своем привычном обличье, вошел в комнату, обвернув вокруг бедер полотенце. Он упал на кровать, и некоторое время лежал, закрыв глаза. Я старалась не привлекать внимания. Демон вспомнил обо мне сам. Он открыл глаза, повернулся на бок и подпер рукой щеку.
— Ты похожа на большую конфету, — сказал он с улыбкой, рассматривая меня.
— Почему? — спросила я тоже рассматривая себя.
— Снаружи обертка, а внутри сладкое содержимое, — Киан тихо засмеялся и поманил меня. — Иди ко мне.
— Не пойду, — насупилась я. — Я обиделась.
— Интересно на что? — он удивленно вздернул брови. — Это не я в тайне от тебя встречался с бывшей подружкой и мотался по подземным галереям, а потом врал с честными глазами, что этого не было.
— И это не я тебя так жестко пытала, а потом еще и наорала, — фыркнула я, устраиваясь удобней на кресле.
— А я бы не отказался, если бы ты меня начала так же пытать, — хмыкнул нахал, и я вспыхнула.
— Хам!
— Мечтатель, — поправил меня демон. — Ты есть хочешь?
— Хочу, — проворчала я.
— Тогда беги в душ, я тебе принесу новую одежду. Девочки меня не увидят, — сказал он и встал с кровати. — Так и будешь подглядывать или все-таки встанешь и пойдешь в душевую? — он иронично изломил бровь и взялся за край полотенца.
— Буду подглядывать, — нагло заявила я больше из чувства противоречия, я его все еще не простила.
— Правда? — произнес он низким глубоким голосом и полотенце двинулось по бедрам вниз.
— Нет! — взвизгнула я и бросилась в душ.
В спину мне понесся веселый смех демона. Я насупилась и уже протянула руку, чтобы пустить воду, как меня обожгло осознание того, что, пока я здесь, он может пойти к Крису. Я приоткрыла дверь и высунула голову:
— И ни с кем не разбираться, пока не поговоришь со мной, — велела я, стараясь не слишком откровенно разглядывать полуобнаженный торс, штаны Киан уже успел надеть.
— Хорошо, я подожду, — насмешливо пообещал он, и мне стало не по себе от его пристального немного злого взгляда.
— Точно? — переспросила я, желая услышать подтверждение.
— Мэй, — вместо ожидаемого ответа произнес демон, — если ты сейчас же не закроешь за собой дверь, свадьбы мы точно не дождемся.
— Тьма, — выругалась я и спрятала свои голые плечики за дверью. Затем для верности заперла дверь и уже после снова потребовала. — Никаких разборок.