— Куда прешь, слизень? — рыкнуло существо, более напоминавшего человекоподобного зверя.
— Закрой пас-сть, Хранс-с, — ответил Чудик, сбивая с когтистых нижних конечностей неведомое существо.
— Живой?! — изумленный крик разнесся по широкой улице, наполненной населением мертвого города.
— Какая наглость! — взвизгнуло клякса, прилипшая к стене. — Опять живой.
— Да тот же самый, — кокетливо ответила дама с неестественно огромными глазами. — Хорошеньки-ий.
— Мое почтение, леди, — поклонился ей Алаис и хулигански подмигнул.
— Озорник, — хихикнула дама, прикрывая рот трехпалой рукой. — Жду тебя после смерти, красавчик.
— Непременно, сладкая, — пообещал лорд Бриннэйн и оглянулся, когда дама, вильнув бедрами, продолжила свой путь. Спину дамы украшал острый гребень.
Город они миновали быстро, Чудик мало заботился тем, что сбивает встречных скакунов, кативших повозки. Оскорбился только человек-конь. "Кажется, кентавр", — напряг память Алаис. Он стремительно развернулся, когда змей задел его хвостом, и помчался следом, сыпля им вслед проклятьями на неизвестном языке и потрясая кулаками. Не догнал. Чудик был быстрей.
— Можно побыстрей? — немного раздраженно спросил Алаис, когда змей сбавил скорость, продираясь сквозь лес, наполненный необычными деревьями с извивающимися ветвями.
Здесь лорду вновь пришлось закрыть себя панцирем, потому что деревья вели себя агрессивно, все примеряясь поддеть его. О целях этой охоты он не знал, потому счел за благо защититься.
— Чудик, мы в прошлый раз по другой дороге ехали, — отметил Алаис.
— В прош-шлый раз-с мы искали шалунью-с, — ответил змей. — А с-сейчас направляемс-ся в дом Анижель-с-с. Так ближ-ше.
— Хорошо, — согласно кивнул Алаис. — Ты знаешь, что делаешь. Мне твой мир незнаком.
— Еще познакомиш-шься, — пообещал Чудик. — Покаж-шу отличный кабачок-с. Девочки-с-с опять же необыч-щные.
— Надеюсь, это произойдет не скоро, — передернул плечами лорд.
— С-сдыхать не страшно-с, — философствовал слангер. — Страшно ос-сознать, что с-сдох. Но и к этому-с привыкаеш-шь. А потом Потус-сторонний мир-с, кабачок-с и девочки-с.
— Перспектива приятная, конечно, — согласился Алаис, — но у меня еще дел по горло. Анижель покорить, любимую замуж выдать, внуков понянчить.
— Гос-сподину не нравится, когда ты ее так-с наз-сываешь. — Поделился наблюдениями Чудик.
— Плевать, что ему там не нравится, — обозлился мужчина. — Я Мэй так с рождении называю.
— Потому и молчит-с… пока-с-с. — Змей свернул на широкую тропу и выполз из неприятного леса.
Неожиданно дорогу им преградили всадники на двуногих ящерах.
— Стой! — грозно выкрикнул средний всадник, покрытый темным сиянием. — Грань нарушена, живому тут не место.
— Мы проез-сдом, — ответил слангер, сжался в пружину, и Алаис прижался к нему всем телом, уже догадавшись, что произойдет.
Чудик взвился, перелетел над всадниками, а лорд Бриннэйн выставил щит из чистого Света, блокируя атаку странной силой, которой был наполнен средний всадник.
— С-стражи Грани-с, чтоб их развеяли-с. — Злобно прошипел змей. — Держис-сь.
Алаис спешно покрылся световым панцирем, закрыл глаза, и Чудик влетел в черноту Грани. Еще несколько мгновений, и свет заходящего светила мира Мрака пробилось сквозь сомкнутые веки мужчины. Добрались! Легкая дрожь волнения заставила его изумиться. Больше ста тридцати лет знает женщин, а тут вдруг разволновался. Хотя может, дело было в том, что впервые увлекся не человеком, и предмет его воздыханий не был счастлив от устремлений светлого. Впрочем, трудности никогда не пугали Алаиса Бриннэйна. Тем более, когда дело касалось женщин. Единственная, от кого он отказался без борьбы, стала женой лучшего друга и матерью самой дорогой маленькой женщины во всех мирах — Мэй. И тоска по той, несчастливой и безответной любви, отступила совсем недавно, когда на парадной лестнице дворца Первого лорда домена Мансор-Риарра, он увидел стройную гибкую фигурку, затянутую в черный шелк облегающего платья.
— Приехали-с, — весело сообщил Чудик, останавливаясь перед воротами поместья, где проживала новая страсть лорда Бриннэйна. — Ножками-с или с ш-шиком?
— С шиком, — мрачно ответил Алаис, уже по опыту знавший, что придется снова отбиваться от рогатой охраны.
— Вс-се для тебя-с, друг-с-с, — осклабился слангер и… снес ворота.
Из невысокого безликого каменного строения выскочили десять бесов, увенчанные мощными острыми рогами. Алаис вложил два пальца в рот и залихватски свистнул, оскорбляя и зля бесов еще больше.