— У тебя было много женщин? — спросила я и отодвинула рубашку выше.
— Могла бы и так спросить, я бы ответил, — улыбнулся Киан.
— Отвечай, — согласилась я, увлекаясь новой полоской обнажаемого мной тела.
— Зачем тебе это, мое дыхание? Главное, что с того момента, как появилась ты, больше никого нет и не будет, — ответил он, откидывая голову и закрывая глаза.
Красивая рубашка, одна из моих любимых, жалко. Но мешает. Рывок, и ткань разлетелась под пальцами, оплетенным сиянием Света. Тяжко сглотнув, я уставилась на всю эту красоту молодого мускулистого тела. Ох, что меня там интересовало? Сколько женщин? Да, конечно, много, ему же сорок. Интересно, а с какого возраста у демонов начинаются близкие отношения? К Тьме! Плевать.
— О чем меня спрашивал декан? — задала я новый вопрос, неожиданно охрипшим голосом.
— Ничего такого, о чем стоило бы переживать, — ответил Киан, срывающимся голосом. — Мэй, светлая моя, добрая, нежная, остановись. — Простонал демон, едва я возобновила поцелуи, постепенно поднимаясь выше.
— Что ты с ним сделал? — спросила я, оказавшись у его шеи.
— Наказал, отпусти.
— Сейчас? — я вновь склонилась, выдохнув в приоткрытые губы. — Нет.
— Мэ-эй, — лицо демона исказилось. — Я же сорвусь. Меня возбуждает даже то, как ты поправляешь волосы. — Прошу…
Вместо ответа я захватила его рот в плен, проникая языком сквозь разомкнувшиеся зубы. Киан глухо застонал, дернулся и бессильно упал обратно на постель.
— Ты что-то нашел в подземелье? — вопрос появился неожиданно даже для меня.
— Д… Нет, — ответил демон, теряя связность мыслей.
— Что это было, Киан? — я нагнулась к его уху и прихватила мочку зубами.
— Хватит! — воскликнул стойкий демон.
— Нет, — прошептала я, целуя шею. — Что это было, Киан? Что ты нашел?
Он молчал, и я начала обратное путешествие, лаская его грудь, живот. Застыла возле пояса брюк, но тронуть его не решилась. Бедра демона подались мне навстречу, и я увидела, как натянута ткань в его паху. Чуть вздрагивающими пальцами я прикоснулась к этому месту, и Киан зарычал. Я зачарованно смотрела, как загораются его глаза, и демон рванул ко мне в отчаянной попытке освободиться. Я машинально усилила плетение световых пут, и он упал обратно, ожесточенно скалясь.
— Мэй, — прохрипел Киан, — ты должна остановиться!
— Что ты нашел в подземелье? — спросила я, удивляясь краем сознания, что задыхаюсь.
— Тьма, Мэй, Тьма, Тьма! — снова зарычал Киан. — Пуговицу я там нашел, пуговицу! Такую же, как нашла ты, с головой волка. Отпусти!!!
— И что ты сделаешь? — поинтересовалась я, склонив голову к плечу.
— Отпусти и узнаешь, — на его губах появилась кривая многообещающая усмешка. — Я предупреждал, не играй с огнем.
Я перекинула ногу через его бедра и вздрогнула всем телом, оказавшись на том, что так упорно рвалось ко мне сквозь ткань брюк. Демон взвыл, снова забившись в попытке освободиться. Я покинула опасное место, ловя себя на мысли, что хочу отпустить Киана, но инстинкт самосохранения отчаянно сигнализировал и кричал, чтобы я этого не делала. Инстинктам я привыкла доверять, потому опутала Киану еще и ноги, и нависла над ним.
— Что-то еще? Ты нашел еще что-нибудь? — спросила я.
— След ноги, небольшой ноги, — прорычал Киан, и потянулся ко мне в попытке завладеть моим ртом.
Я отпрянула, а после и вовсе слезла я постели. Он с яростью смотрел на меня. Что мне сейчас хотелось? Поменяться с ним местами и позволить делать то, что Киан уже делал, и мне понравилось. Но я понимала, что сейчас он попытается сделать совсем иное. Потому, послав ему воздушный поцелуй, скрылась в душевой, продолжая выпускать Свет, чтобы случайно не освободить моего пленника.
В душевой я встала перед зеркалом и долго смотрела на свое отражение, пытаясь понять, откуда у меня взялась смелость проделать все это. А за дверями бесновался демон, выкрикивая мое имя. То умоляя вернуться, то посылая проклятья. А затем Киан затих. Я распустила путы, но заблокировала дверь. Глухой удар раздался спустя несколько мгновений. Потом еще и еще, а после снова все стихло. Когда я рискнула выйти из душевой, в комнате никого не было. Только сломанная кровать, за глубокие следы от когтей на стенах и на двери в душевую напоминали, что хозяин этой комнаты не безобидный котик.
На всякий случай, я осталась стоять на пороге душевой, готовая в любой момент сбежать. Но время шло, а жертва моего малоинформативного допроса все не объявлялся. Осмелев, я вернулась в комнату, с сожалением поглядела на кровать, которую, такое ощущение, просто сломали пополам. Хорошая была кровать. Большая, мягкая, удобная. И сны тут снились красивые. Эх.