— И где сейчас Морсэры? — первый заговорил демон.
— А нет их, — развел руками Крис. — Последний умер около пятнадцати лет назад. Наследников не оставил. Была дочь, но она умерла, когда ей было всего три года. Так что, тупик.
— Не тупик, — не согласился Киан. — Мы знаем, зачем все это затеяно, знаем, что дядя Бьерна имел отношение к заговору, а, значит, и наш малыш с кристально чистой аурой тоже при делах. Интуиция светлячка впечатляет. — Он вдруг замер, словно старался не упустить ускользающую мысль.
— Что? — я жадно впилась в него взглядом.
— Тихо, Мэй, — немного грубо оборвал демон. — Сейчас скажу. — Он потер лоб. — А ведь ту тварь, которую вы видели, Норру тоже достал Бьерн. Вы говорили, что никогда раньше это существо не видели? — Мы с Крисом согласно кивнули. — А Норр был выпит и восстал.
— Порождение Тьмы? — осторожно спросил Аерн.
К бесам! Я так мало знаю о Тьме! Даже плакать хочется, что не могу толком проанализировать новую информацию. Так, что знаю я? Тьма пыталась поглотить наш мир. Святители, тьфу, девять магов, будущие основатели Воинства Света, сумели пробиться к источнику чистого Света и загнали Проклятую в Безвременье, откуда она пытается вырваться вот уже около трех тысяч лет. Орден перекрывает ей лазейки, уничтожает последователей. Я Светоч, результат эксперимента девяти магистров Ордена над моими родителями. Лучше всего рассказать дяде Алаису или маме с папой, это их работа, но! Но тогда отцы-основатели могут узнать, что их эксперимент удался. И меня просто заберут отсюда и спрячут. Единственный плюс, будут хранить и оберегать, все остальное сплошной и жирный минус. Дяде мы ничего не скажем. Хотя есть Киан, и он может сказать, чтобы защитить меня. Это все хорошо, но тогда он заберет меня в мир Мрака и все-таки закроет там. Перекроет все доступы, и прощай мои любимые светлые. Самое обидное, он и сам придет к этому выводу. Ай-яй-яй. Крис… Крис мне ничем не поможет. Значит, результатом данного открытия могут стать: или заточение в Воинстве, или во Мраке. Ни первое, ни второе мне не подходит. В первом случае, я, наверное, смогу видеть родителей и дядю, но лишусь своего сердца. А во втором, Киан будет рядом, но о мире Света и всех моих близких мне придется забыть. Прискорбно!
— Значит, Бьерн все-таки связан с сектой? — спросил Крис, и я вновь прислушалась. — Думаю, нет смысла сомневаться, кто хозяйничает на территории нашей академии.
— Думаю, да. Судя по записям Мэй, он любимый и единственный племянник, значит, мог пойти по стопам дяди, если иного примера перед глазами не было. Дядя увлек его идеями. Кстати, почему дядя был отчислен? Если Морсэры имели прямое отношение к "Возрождению", то старший Бьерн был их адептом. — Киан посмотрел на Аерна.
— К тому времени Морсэров уже не было. — Ответил блондин. — Точней, его сместил новый ректор по указу его величества. У последнего Морсэра были проблемы с головой, студенты начали жаловаться. Король принял решение о замене главы академии. В общем, прикрыть дядю нашего Бьерна было некому. А может, просто не захотели. Оказался болтливым и бесполезным.
— А что Тьма делала в твоем мире? — спросила я демона, ненадолго отвлекая от размышлений.
— Мрак был увлечен Тьмой. Они, скажем так, жили вместе, — ответил Киан. — Но однажды Вечную заело. Равное положение с собой наш бог возлюбленной не давал. Уж не знаю, тщеславие, опасения, недоверие, или что там бывает у богов, но факт остается фактом, свой мир он с Тьмой делить не захотел. Ну и она начала по-тихому его перекраивать. За спиной самого Мрака. Бог разгневался и вышвырнул ее, полностью закрыв доступ обратно. Должно быть, после этого Тьма осела у вас. — Рассказал Киан. — Сейчас точно не скажешь.
Наша троица опять ненадолго замолчала, обдумывая все услышанное. Мрак и Тьма. Н-да, какая-то невеселая парочка. И тут меня озарила идея, как мне не дать утащить себя в мир демона, если он все-таки переключится на меня. Мысленно потерла ручки и успокоилась. Мы просто во всем разберемся, уничтожим секту и тогда, с чистой совестью и без угрозы за спиной, перейдем во Мрак. Нехорошие ощущения пощекотали мне нервы. Самоуверенность — та же глупость. Но дело уже даже не в том, что я хочу раскрыть это дело, дело в том, что я хочу, чтобы все было так, как мы договорились с Кианом, с моими родителями и прочими близкими мне людьми. Ладно, с этим решили, теперь возвращаемся к делам насущным.