— А смысл тогда пить? — возмутился Тимэк, уже выпущенный целителями.
— Тебе, зайчик мой, вообще стоит помолчать, — рявкнул на него суровый лорд. — Смысл пить? Так я вам предложил без вина, вы недовольны.
— Не-не, — запротестовали ребята. — Все хорошо, лорд Бриннэйн. Ничего против не имеем. Напряжение снимем, отдохнем и обратно. — И плотоядно посмотрели на болельщиц, которым было разрешено остаться во хмелю. — Пьем, девочки?
— А спаивать наших леди я вам не позволю, — усмехнулся дядя. — Они будут делать только то, что захотят. Надеюсь на разум наших дам.
Дамы смущенно потупились и кивнули парням. Через час предприимчивые студенты пригласили трех уличных музыкантов, и между столов начались пляски. Я с интересом смотрела на девушек. Румяные, со сверкающими глазками, они стали центром внимания свободных парней, а таких было большинство. Периодически кто-то из болельщиц подскакивал к Киану, пытаясь увлечь его за собой, но демон отрицательно качал головой. Он не пил, как и я. Впрочем, мне налили бокал, но Киан встал, подошел ко мне и забрал его, сразу предупредив, что каждый следующий постигнет та же участь. Самое главное, дядюшки его поддержали. Сами они болтали друг с другом, поглядывая за разошедшимися студентами, время от времени покрикивая на кого-нибудь особо разгулявшегося.
Киан, захватил стул и подошел к нашему столу с дядюшками, поставил его напротив меня, сел и подпер голову кулаками. Дядя Алаис и дракон смерили демона внимательными взглядами и встали.
— Золотуль, только свистни, — сказал дядя Шэр.
— Мы недалеко, — поддержал его дядя Алаис, и Киан проводил их насмешливым взглядом.
Некоторое время мы сидели молча, глядя друг на друга. Сказать хотелось многое, но никак не подбирались слова для начала разговора.
— Мне плохо без тебя, — сказал Киан.
— Мне без тебя тоже, — ответила я.
— Тогда, что нам мешает снова быть рядом? — спросил он, пристально глядя на меня.
— Непонимание, — честно призналась я.
Мы снова замолчали. Демон побарабанил пальцами по скатерти, отодвинул тарелку с фруктами и облокотился о стол, приближая ко мне свое лицо.
— Ты не понимаешь мотивацию моего поступка? — спросил он.
— Понимаю, — кивнула я. — Твою мотивацию понимаю, но не понимаю несколько вещей. И одна из них, что с тобой сейчас происходит? Ты становишься другим.
Киан усмехнулся и отрицательно покачал головой.
— Нет, мое дыхание, я становлюсь собой, настоящим собой. Ты должна узнать меня таким, какой я есть. Не хочу, чтобы в будущем ты сказала, что не знаешь меня. Узнавай. Я тот, кто я есть, и подавление сущности привело к срыву. Хотя я до сих пор считаю, что был прав. И меня бесит вмешательство Мрака. А главное, я не понимаю, зачем тому, кто придумал кучу уловок, чтобы меньше встречаться со своими созданиями, вдруг пришло в голову влезать в наши отношения и отменять мои решения.
Я откинулась на спинку стула и поджала губы. Значит, ты был прав? Значит, все, что тебя заботит, это почему влез Мрак? А о нашем совместном будущем ты даже не допускаешь мысли, что его может не быть?
— Киан, — я подняла на него испытующий взгляд. — Что я для тебя?
— Все, — не задумываясь, ответил демон.
— Но вчера мое мнение не учитывалось, верно? Ты ведь вообще обо мне не подумал ни мгновения, так?
— Мэй…
— Так? — я повысила голос, и на нас обернулись несколько студентов.
— Мэй, я только о тебе и думал…
— Ложь, Киан, ложь! — выкрикнула я, уже не сдерживаясь, и почувствовала, как вокруг нашего столика опускается полог. Дядя Алаис отвернулся, и стало ясно чьих рук эта забота.
Демон сверкнул глазами и еще подался вперед.
— В чем же ложь, единственная моя? — очень ласково спросил он.
— Ты ни мгновения не думал обо мне, ты думал лишь о себе, — закончила я свое обвинение.
— Что будет со мной, если тебя не станет?! — воскликнул он.
— А что будет со мной, если из-за нас не станет моих близких? — я снова повысила голос. — Ты ведь не мгновения не думал, что станется с ними, да? О себе позаботился, забрал любимую игрушку, а там хоть трава не расти, да?
— Игруш-шку? — зло прошипел Киан. — Ты игрушка? Моя жизнь игрушка?
— А моя, Киан? Моя жизнь? Что будет с моей жизнью рядом с тобой, если ты ценишь во мне только свое счастье и благополучие? — я снова сорвалась на крик и упала на стул, вытирая подступившие слезы обиды.
— Ты несправедлива, светлячок, — усмехнулся Киан. — Я во всем шел тебе навстречу. Даже позволил сунуть нос в расследование…